Пленница в башне

Но дон Рафаэль, конечно, скоро найдет другого надзирателя, который будет повсюду сопровождать меня. А сейчас я предоставлена самой себе и наслаждаюсь этой возможностью. Какой человек!

«Да, человек он незаурядный, — про себя согласилась Ванесса. — Наполовину господин, наполовину пират и чрезвычайно серьезно относится к возложенной на него ответственности». В ее воображении возник призрачный образ Лусии Монтес, крепко стиснутой властными объятиями Рафаэля. Она очень красива и обольстительна, Барбара еще слишком молода, чтобы это оценить по достоинству. К тому же, у нее много общего с самим идальго — аристократическое происхождение и, самое главное, что ценят латиняне, темперамент, бушующий, как пламя, скованное коркой льда.

— Ваши глаза стали грустными, — наверное, вы вспомнили об Ордазе? — В голосе Барбары прозвучало сочувствие. — Лучше я не буду мешать вашему отдыху, не то мой крестный снова меня отругает. Мы еще увидимся!

Ванесса кивнула и без сил бросилась в постель, как только за Барбарой закрылась дверь. Она уткнулась лицом в шелковую подушку, в ее голове, не давая уснуть, мелькали беспорядочные картины. Но, в конце концов, сон простер свои крылья над ее измученным разумом и унес прочь от раздумий о том внезапном повороте, который случился в ее судьбе.

Проспав несколько часов подряд, она внезапно проснулась и сквозь противомоскитную сетку, которая окутывала ее постель, увидела, что кто-то входит в комнату. Это оказалась неприветливая Консепсьон, держащая в руках поднос, на котором стояли блюда под серебряными крышками, кофейник и чашка с блюдцем. Консепсьон поставила поднос на столик перед кроватью, открыла жалюзи, после чего откинула муслин, которым была завешена кровать.

— Вы хорошо спали, сеньорита Кэррол? — вежливо поинтересовалась она, взбив подушки за плечами Ванессы и устанавливая поднос ей на колени.

Ванесса с улыбкой кивнула и приподняла серебряную крышку с блюда, на котором лежало несколько хрустящих кукурузных лепешек.

— Спасибо, что опустили сетку, — сказала она, — боюсь, сама бы я об этом не вспомнила.

Высокая худая женщина в длинном черном одеянии уже собиралась было уйти, но при этих словах обернулась к Ванессе. Ее глаза под тяжелыми веками выражали удивление.

— Это не я опустила сетку, сеньорита. Я не заходила к вам с тех пор, как несколько часов назад ушла отсюда. — По-английски она говорила с сильным акцентом, но вполне понятно. Несколько мгновений Ванесса не сводила с нее глаз, непроизвольно вцепившись в горлышко бутылочки с соусом Табаско. — Должно быть, это сделал кто-то другой. Наверное, сеньорита дель Куирос.

Женщина склонила свою темную голову и бесшумно вышла, прикрыв за собой дверь так, будто малейший стук мог причинить беспокойство гостье кума.