Темная королева. Их шанс на любовь

Я была шокирована тем, насколько сильными оказались эльфы. Мы явно недооценили Дивные Холмы…

Скрыть произошедшее, естественно, не удалось. Впрочем, мы не особо и старались. Наоборот, я жаждала разжечь скандал и ткнуть Эйлендиль в ее же дерьмо! Показать Астуриосу истинной лицо его невесты, посмевшей организовать нападение на тех, кого он назвал членами своей семьи, в его же собственном доме!

Лопухнулась. С кем не бывает…

Недооценила я степень околдованности императора. Зря не послушала Даркана, уговаривавшего меня доверить это дело ему.

Наглость Эйлендиль оказалась просто безгранична!

Стоя в огромном зале перед императором, его отцом и младшим братом, я с трудом верила своим ушам, слушая, как Эйлендиль обвиняет моего мужа, Нокса, в том, что он подло убил ее подданных.

Почему Нокса? Да потому что эльфы были убиты магией смерти, а некромант, официально, на Сирионе только один. О том, что я тоже владею этой силой никому, кроме нашей маленькой семьи, не известно. Кроме, разве что, жреца в Армад-Исте. Он единственный, кто сразу смог почувствовать во мне «благословение Морта».

А главное, Нокс даже не пытался отрицать, что эльфов убил именно он. И мне не позволил вставить даже слово на его защиту!

Единственное, Нокс парировал тем, что эльфы хотели убить меня, Арта и Бьерна.

На что эта остроухая сучка заявила, что это еще доказать нужно, кто на кого первым напал. Мол Арталин у нас беглый преступник, вон, ему даже уши отрезали! Естественно, не просто так и не за красивые глаза. Просто она, вся такая несчастная и преданная, не хотела ворошить прошлое и дала ему шанс, увидев среди моих мужей и умолчав о его прошлом.

И вообще, дескать, то, что останки нашли у нас в спальне еще ничего не доказывает.

То, какую драму развела Эйлендиль, было просто невероятно. Но еще более невероятным было то, что все, и Астуриос, и его отец, и младший брат, ей верили! А те из присутствующих драконов, кто здраво сомневался, молчали в тряпочку и боялись раскрыть рты.

Даркан почти сцепился с братом, когда Астуриос сказал, что «в ситуации нужно разобраться, а до той поры лиру Ревенанту лучше немного побыть под домашним арестом в магически защищенных апартаментах».

В изоляции то бишь. В королевской тюрьме. Как социально опасному элементу.

В этот момент я не выдержала и все-таки вспылила, обвинив Эйлендиль в том, что она околдовала императора и подделала истинность.

Конечно же, мне не поверили. И доказательств у меня не оказалось, потому что Айсантиль еще даже не пыталась их получить и лишь развела руками в ответ на мой выразительный взгляд. Теперь в «опасности для общества» обвинили уже меня.