Темная королева. Их шанс на любовь

Они рвались в комнату с упорством диких носорогов, особенно оборотень -медведь. Но на их упорство нашлась сила пострашнее — целая орава оборотниц, во главе со старшей медведицей, бабулей Иветтой. Этот женский батальон твердо защищал подходы к комнате, не позволяя мужчинам даже нос в щель между дверями сунуть.

— Вы свое дело уже сделали, теперь ждите результатов! — с доброй, но строгой усмешкой заявила им бабушка Иветта, когда у Василены начались первые схватки и ее срочно препроводили в спальню, заперев там от мужей. — Теперь сюда войдут только повитухи и мы, фрейлины королевы.

Статус фрейлин пожилые оборотницы присвоили себе сами и очень им гордились. Василена, конечно же, даже не подумала с ними спорить.

И вот теперь эти фрейлины, вместе с парой повитух, заперлись в спальне и держали оборону, утешая нервничающих мужчин короткими заверениями, что «все в порядке» и «всё идет как надо».

Но как же «как надо», если их жена за это время ни разу не закричала!

— Это не нормально! — хватался за голову Нокс, нервничающий сильнее других, ведь именно он был кровным отцом малыша.

По крайней мере, они все были в этом уверены. — Все женщины кричат, я знаю! Ведь так?

Он беспомощно посмотрел на побратимов. Те еще сильнее побледнели и слегка спали с лица. Никому из них ранее не доводилось присутствовать на родах, или даже просто рядом с рожающей женщиной. Но общие тезисы об этом процессе знали все.

— Да, — уверенно подтвердил Бьерн, — все кричат.

— Василена не «все»! — огрызнулся Шиан. — Она особенная! Сильная и стойкая…

— Главное, чтобы эта тишина не стала предвестником чего-то плохого… — тихо просипел Арталин, за что едва не был избит остальными нервными мужьями.

От расправы его спас тоненький, но громкий и требовательный писк. Не узнать его было невозможно.

— Ребенок! — выдохнул мужчины в один голос. — Родился!!!

И в едином порыве ломанулись к двери

Когда мои мужчины загрохотали в дверь, стремясь то ли войти, то ли просто снести со своего пути досадную преграду, я не смогла сдержать улыбки, хотя и рожала в этот момент своего сына.

Над старшей дочерью (боги, у меня дочь!) Уже ворковала бабуля Иветта, пока малышка громко и грозно заявляла о своих правах.

— Дамы, утихомирьте этих окаянных! — распорядилась бабуля, обмывая мою малышку от крови.

Мои седовласые боевые фрейлины во главе с верной бабушкиной подругой Титой, поспешили к двери.

Сквозь звенящий шум в ушах до меня донеслись возмущенные голоса мужей и строгие оборотниц. Уж не знаю, как им удалось, но женщины выдержали оборону.

— Ну вот и все! — радостно воскликнула повитуха, когда второй ребенок наконец-то полностью выскользнул из моего лона.