Четвертый брак черной вдовы

Только от смерти не спрячешься, — цыганка растянула губы в улыбке — медленной, торжествующей, — смерть везде найдет, в любом обличье. А тебя и искать не надо, нежный цветочек, — она по-прежнему смотрела на Катарину. — Смерть рядом. Прошлое вернулось, и хватит ли у тебя сил встретиться с ним?

— Не говоришь хорошего — не говори и плохого, — сказал Хоэль мрачно. — Уходим, донья. Мне надоело слушать пустую болтовню.

Но Катарина медленно, как во сне, вынула из кошелька серебряный динарий. Цыганка выхватила блестящий кругляш и сунула за щеку, игриво кося глазами.

— Зря испугался, красавчик, — поддела она Хоэля, — Нана ведь всего-то и сказала, что смерть рядом.

Но рано или поздно, она придет за каждым из нас. Разве не так?

— Может и так, — буркнул он, собираясь уйти.

Но цыганка подалась к Катарине и сказала совсем тихо:

— Бойся того, кто обманул смерть! Он нанесет удар в спину!

Катарина вздрогнула, а в следующее мгновение Хоэль уже схватил цыганку за плечо, отстраняя от жены.

— Пошла вон, дамочка, — сказал он угрожающе. — Тебе уже заплатили, так что язык в руки — и хромай отсюда.

Цыганка весело оскалила на него белые зубы-миндалины и скрылась в толпе, мелькнув босыми пятками.

— Что она там вам наболтала? — участливо спросил Хоэль у Катарины. — Забудьте, они же все вруньи — цыганки эти. Кошелек на месте?

Но Катарина смотрела вслед гадалке и только коснулась ладонью кошелька, двигая рукой, как в странном оцепенении.

— Эти вертихвостки любой ерунды настрекочут, лишь бы денег выудить, — сказал Хоэль, — зря вы ей столько дали. Хватило бы и медяка.

Над площадью звонко пропела труба, что означало, что представление вот-вот начнется, и только тогда Катарина очнулась.

Они с Хоэлем стали пробиваться к сцене, но прежней радости в душе женщины уже не было. «Бойся того, кто обманул смерть», — эти слова так и вертелись в голове, и забыть их не было никакой возможности. Не о Хоэле ли говорила цыганка? Разве он не избежал смерти? И разве у нее, Катарины, были все основания ему доверять? Он сказал, что повинен в смерти жены

— Эй, — легонько встряхнул ее Хоэль. — Вы же не верите гадалкам?

— Нет, конечно же — нет, — Катарина смущенно улыбнулась.

И в самом деле — кто верит цыганкам с их предсказаниями?

Она встряхнула головой, прогоняя тревогу.

Сейчас она будет смотреть пьесу, а все остальное — подождет.

Справа и слева от сцены стояли кресла — там располагались благородные доны, решившие поразвлечься, благородными господами были заняты и балконы, выходившие на площадь. Катарина уже не в первый раз видела там королевского наместника, бальи и начальника городской стражи. Они сидели важные, не обращая внимания на простолюдинов, толкущихся внизу.

Простолюдинам не полагалось даже лавок, не то что кресел.