Даже если вам немножко за 30, или Герой (не) моего романа!

А мне хоть бы что, топорщатся, да и ладно… Главное то чувство парения… Именно его я и вспомнила: как было щекотно, если на взлете опускаешь голову вниз, практически до самой земли, а потом резко поднимаешься, выпрямляя спину. И рождается ощущение, что я вся наполнена смешинками, что внутри меня, щекочут, и сдерживаться нет мочи. И смеешься, смеешься, продолжая раскачиваться, почти паришь, вперед-назад, легко и весело. Только не отпускать руки и крепко держаться… Как же тогда было хорошо и беззаботно.

Вот что мне сегодня своим пением подарил принц — беззаботность и радость.

Есть за что быть благодарной.

И пусть пение деревьев давало словно бы воочию увидеть свое прошлое, прикоснуться к тем, кто был безвозвратно далек, песня его высочества позволяла окунуться в самые счастливые мгновения прожитой жизни. А у меня их было много.

Кто же виноват, если я сознательно помнила лишь плохое? Да гори эта первая любовь синим пламенем, вместе с Юрой и его семейством! Вон у меня, перед глазами мужчина, который решил не просто сделать шаг навстречу, а считай пойти по неизведанному пути.

Явно ведь не сам догадался серенаду мне спеть. Наверняка тот же орте Сигуран помог.

Что-то мне подсказывало, что о даре наследника знали немногие. И уж точно вряд ли он вообще перед кем-то открывал свой рот. Нет уж, это воистину подарок лишь мне.

Может, рассчитывал, что Сабина не до конца остервенела и превратилась в светскую дуру, которой только брюлики да платья подавай. Девочка ведь молода, то есть я молода, а значит мне не должны быть чужды души прекрасные порывы. Иными словами, романтичность, и вера в любовь.

Интуиция меня точно не обманывает: его высочество сейчас передо мной не играет. В какой-то мере он сейчас обнажил передо мной душу.

Принц давно перестал петь, а я все сидела и смотрела в его сиреневые глаза. Что в них было? Обещание? Нет. Превосходство? Тоже не то… Надежда?

Да, именно с надеждой муж смотрел на меня. Так обычно смотрят, ожидая чуда, неистово веря в него и давая себе то ли зарок, то ли шанс на еще одно светлое и крепкое чувство. Я будто бы видела в его взгляде, свои собственные, мои, Сабринины, страхи и чаяния.

Те самые мысли, что крутились когда-то и в моей голове: тридцать пять лет, бездетная, бесплодная, обманутая и покинутая. Перспективы новой любви и замужества казались мне чем-то издевательским и несбыточным. Вот это все было в его взгляде. Только по отношению к нему самому.

Разве принц прекрасно понимал, какую выгоду сулит вхождение в его род, да только истинного счастья это не принесет, ни той, кто стремится стать его женой, ни ему самому.