Даже если вам немножко за 30, или Герой (не) моего романа!

— Наместники, младший принц, любовницы эти, которые ни разу не жены, но мечтают стать королевами, беременность, которая лишь сейчас о себе толком не напоминает, а вот скоро ка-а-ак начнется. Да еще в двойном объеме. Плюс мир, что на волоске от гибели. Эй, бог, а не многовато ли на одну меня?

— А ты не одна, — бог решил не кричать, а подлетел поближе, видимо, сжалился над моей головой. — У тебя я есть, а еще орте Сигуран. Вот увидишь, родишь непременно здоровых детей, принца влюбишь и станешь самой лучшей королевой!

— Знаешь, последнее меня не особо устраивает. Я вообще не хочу лезть ни в какие заговоры, политику и что там еще.

Принц мужик? Мужик! Вот пусть сам и расхлебывает кашу, которая варится много лет.

— Я говорю: ты выспись. Утром и голова болеть перестанет.

Я зевнула. Широко так, сладко. И чего вдруг сонливость подкралась? Никак недофей феячит! Но… зато боли не ощущалось. А потому, высплюсь и потом ему шею намылю. Ибо нечего меня усыплять, когда я не прошу!

Знаете, бывает так, ты спишь, но вдруг понимаешь, что что-то не так. Тревожное такое чувство, которое жалит сознание, не давая продолжать сон? Вот и у меня случилось также.

Еще не понимая, что такого могло произойти, я открыла глаза и встретилась взглядом с незнакомцем, который вольготно расселся на моей кровати и в упор глядел на меня.

Что бы вы сделали на моем месте? Правильно, огрели бы нахала первым, что попадется под руку. Этим первым оказалась подушка, которой я от души треснула нахальную рожу, а затем завизжала, подскакивая с кровати на добрый метр вверх.

Куда там, меня поймали еще в полете и повалили на кровать, заткнув ладонью рот.

— Не визжи! — рыкнул на меня мужчина и придавил своим телом.

Визжать точно не получится, с такой-то приложенной силой к моему рту, а вот отбрыкиваться и пинаться — да!

Я от души врезала локтем ему в ребра и даже коленом куда-то попала.

— Ах ты ж… — прошипел мужчина и удвоил хватку.

Спеленатой гусеницей я еще пыталась как-то вырваться, но тщетно.

Мысленно я уже не взывала к богу, я его бранила, потому что он не приходил!

Меня опять убить пытаются, а он не спасает!

— Тише ты, выходит это правда, — задумчиво протянул мужичина.

Из того положения, что я находилась, мне было видно только его губы и подбородок, поэтому даже память Сабины мне сейчас помощником не была.

Голос-то знаком, но я никак сообразить не могу, кому он принадлежит. А спросонья я дико испугалась и было не до того, чтобы его рассматривать, сейчас же в моем распоряжении жалкий кусочек.

— Обещаешь не орать и не убегать, и я ослаблю захват, — вдруг предложил он.

Естественно я закивала. Ничего не буду делать. Стану тихой послушной мышкой. Вот честно!

С некоторой опаской сначала была убрана ладонь от моего рта.