Огнем и броней

У вас есть еще вопросы?

– В таком случае до свидания и спокойной ночи, лейтенант! Дайте рацию оберсту Ковальчуку.

Перейдя на русский и переговорив с Ковальчуком, Леонид в сердцах высказал.

– Ишь гейропейцы долбаные – «так не воюют»! Я вам покажу, как у нас воюют…

Уйдя в каюту и уже особо не надеясь, что его опять не поднимут, устроился на диване, готовый в любой момент вскочить и бежать в рубку. Какое-то время было тихо, и он снова задремал. Однако через пару часов его снова разбудил телефонный звонок.

– Ваше превосходительство, там какая-то стрельба на «Карлсруэ»!

Сон мгновенно улетучился. Подробностей вахтенный офицер не знал, и Леонид, едва примчавшись в рубку, тут же стал вызывать «Карлсруэ». Но там тоже не смогли до конца прояснить обстановку.

– Как парламентеры ушли, сначала тихо было. А тут ни с того ни с сего внизу стрельба началась. Похоже, немцы между собой разборки устроили.

– Понятно. Сами вниз не лезьте. Ждите, чем за кончится.

Та-ак, похоже, немцы разделились на клубы по интересам. Кто-то согласен капитулировать, кто-то нет. Все еще на что-то надеются. И договориться по-хорошему у них не получилось. Возможно, еще и что-то личное добавилось. Ну-ну, подождем…

Время шло, и вот наконец раздался очередной вызов с «Карлсруэ». В голосе Ковальчука слышалось нескрываемое облегчение.

– Все, Леонид Петрович, сдаются немцы. Выходят на палубу и бросают оружие, у кого есть.

– А что у вас там за стрельба была?

– Так это они к консенсусу не пришли, как у нас говорили одно время. Самые буйные попытались устроить войну до победного конца, вот их и успокоили. Совсем. Кстати, первым делом «потемкинцы» своих камрадов-арестантов освободили. Их лейтенант здесь, хочет поговорить.

Спустя несколько секунд в эфире раздался голос на немецком, и Леонид узнал лейтенанта Ейнринга.

– Доброй ночи, экселенц! Приношу извинения за столь ранний подъем, но команда «Карлсруэ» уполномочила меня сообщить – война между нами закончена. Мы не хотим воевать непонятно ради чего со своими потомками.

– Доброй ночи, лейтенант. Что же, я рад, что здравый смысл в наших отношениях все же восторжествовал. Оказывайте всяческое содействие моим людям. Если у вас есть раненые, скажите оберсту Ковальчуку, мы организуем их доставку на «Тезей». А утром прошу ко мне. Расскажете все подробно.

– Слушаюсь, экселенц!

Уточнив еще ряд вопросов, Леонид устало улыбнулся. Все-таки пришельцы из двадцать первого века одержали победу над пришельцами из двадцатого. И это очень скоро станет самой обсуждаемой новостью во всех портах Нового Света. А теперь осталось самое малое – отбуксировать свой трофей на Тринидад. Ценнейший трофей в семнадцатом веке, какой только может быть. Гораздо дороже всех «золотых» галеонов Испании, вместе взятых.