Она моя зависимость (СИ)

Что я скажу? О чем мы будем говорить? Как мне себя вести?

– Привет, – нерешительно выхожу на площадку.

Андрей стоит на лестничной клетке, подпирая стену плечом. Руки в карманах, на голове беспорядок. Небритый. Лицо словно осунулось, и его черты стали более резкими.

– Привет, – он отталкивается от стены и делает шаг в сторону. Пропускает меня в квартиру.

Когда дверь за нами захлопывается, я хочу резко обернуться и крепко его обнять.

Очень хочу, но вместо этого просто снимаю обувь. Расстегиваю куртку и вешаю ее на плечики.

Его вопрос звучит отстраненно. И голос у него другой, охрипший.

Андрей уходит на кухню, а я еще несколько секунд стою перед ростовым зеркалом. Смотрю на свое отражение.

Меня колотит, сердце протестует. Я не хочу делать того, зачем пришла, но и будущего с ним больше не вижу.

Эта трагедия навсегда останется между нами. Она в буквальном смысле разделила наши жизни на до и после.

– Я тебе звонил, – он говорит это, даже не оборачиваясь. Чувствует мое присутствие за своей спиной, едва я вошла на кухню.

– Я тебя заблокировала. Прости, – облизываю губы и сажусь на стул. Скольжу пальцами по шее, перекидывая волосы на левое плечо. Взгляд сам ненароком прилипает к мужской спине.

Андрей ставит передо мной чашку и садится напротив.

Замечаю пару пустых бутылок на полу у холодильника и поджимаю губы.

– Нам нужно поговорить, – сглатываю вставший в голе ком и впервые за время, что я здесь, смотрю ему в глаза.

То, что я там вижу, убивает меня окончательно. Боль снова парализует конечности. Хочется кричать. Рыдать навзрыд, потому что ему тоже больно. Потому что он все прекрасно понимает.

Мелкая дрожь охватывает тело. Я не могу пошевелиться. Сижу и смотрю в его глаза.

Наш визуальный контакт затягивается на долгие минуты, за которые по моим щекам начинают течь слезы.

«Прости меня. Я так хочу, чтобы все было как раньше, слышишь?»

Но мои слова остаются лишь в голове.

На деле же я продолжаю просто сидеть, впиваясь в уже побелевшую кожу на руке ногтями.

– Не плачь, – Андрей протягивает мне салфетку, нарушая нашу тишину первым. – Все это было ожидаемо.

Комнату сотрясает телефонный звонок. Андрей косится на моргающий экран и подносит смартфон к уху.

– Что? – он отводит взгляд, кивает и медленно опускает руку.

– Славик умер, пять минут назад. В себя так и не пришел.

– Что же теперь делать, Володя, что нам делать?

Мамин голос звучит глухо, но отчего-то еще сильнее режет слух. Она стоит у окна, на светлые волосы наброшен полупрозрачный черный платок. На лице ни грамма косметики.

Отец нерешительно стискивает ее подрагивающие плечи. Молчит. Не думаю, что ему есть что ответить на ее вопрос.

В доме уже как три дня воцарилась гнетущая тишина. Она не дает вздохнуть. Безжалостно рвет легкие на куски.