Ошибка «2012». Мизер вчерную

Он уже видел, что Генри так и остался в душе ребёнком, а значит, с ним ещё предстояло возиться и возиться. — Кстати, мальчик мой, мы сюда приехали не только из-за вас, у нас имеются в России и другие дела. Мы должны увидеть русского профессора Наливайко и кое-что передать ему в приватном порядке. Кстати, его уважаемая супруга очень уверенно управляется с внедорожником…

Если он думал, что молодой лорд ахнет и побежит приносить леди Наливайко дополнительные извинения, его ждало разочарование.

— Так вот оно что. — Ребёнок, радовавшийся пожарной машине, вдруг испарился, глаза Генри Макгирса стали пронзительными и злыми.

 — И, бьюсь об заклад, путь ваш лежит в локальный город Пещёрку!

Вот тебе и впечатлительный меланхолик! Перед Доктороу стоял человек, привыкший мыслить логически. И логика его была безжалостна и опасна.

— Ну да, сэр Генри, мы едем в Пе… счъёрку, — удивился эсквайр и как-то по-новому посмотрел на собеседника. — А как вам удалось…

— Господи, сэр Генри, да чем вы там занимаетесь, в этой вашей секретной службе? — всплеснул руками Доктороу. — Профессор Наливайко, этот русский Резерфорд, у них в оперативных материалах проходит! Простите, мальчик мой, но это воняет…

На душе у него сделалось гадостно — что же это творится-то, Господи? Лорд, сын барона, стопроцентный англичанин… и какие-то там оперативные материалы.

А ведь до чего славный был мальчик! Мог бы заниматься конным поло, как принц Чарльз, или за птицами наблюдать, как шведский король…

— Увы, сэр Робин, вы совершенно правы, воняет. Всё это чистой воды дерьмо. — Генри Макгирс вздохнул и, как бы вспомнив о чём-то, посмотрел на часы. — Однако время не ждёт… Давайте отложим разговор до Пещёрки.

Я помогу вам разместиться в гостинице, там и поговорим.

Пока Доктороу силился сообразить, почему для размещения в гостинице необходима помощь майора секретной службы, сэр Генри кивнул ему и ушёл к своему «Форду».

Словно приветствуя его, в машине чуть опустилось одно из тонированных стёкол, и в щель поплыла струйка сигарного дыма. Пассажира нельзя было разглядеть. Лишь тёмную кожу пальцев и яркий маникюр на ногтях.

— Расторопный майор, такую мать!.. — сдержанно возмущалась Мамба десятью минутами ранее.

Запылённое стекло не только лишало красок весь мир, но и чудесным образом отнимало вкус у сигары. — Посадил в таратайку, все кишки вытряс, в какие-то дебри завёз… Чуть аварию не устроил… А теперь ещё лясы точит с этим белым хмырём!

Ругнувшись, она стала было отклеиваться от сиденья, думая если не призвать майора к исполнению долга, так хоть ноги размять… и внезапно замерла, а потом со всей силы вжалась в спинку кресла:

Там, снаружи, из белого автомобиля модели шестидесятых годов выходил мужчина.