Ошибка «2012». Мизер вчерную

Зелёный — от обычного репта, оранжевый — от репта высшей касты, рептояра. Заражаются ими люди по-разному. Кто-то борется, сопротивляется и, бывает, не поддаётся. А если человек низок, слаб душой, не верит ни во что светлое… У него сразу ускоряются клеточные процессы, повышается метаболизм; заражённый делается во всех смыслах сильнее… И перестаёт быть человеком. Теперь он хищник в чужом для него мире — политик, олигарх, функционер, насильник, отравитель, серийный убийца. Он словно хорь, забравшийся в курятник, — рвёт птичьи глотки, рвёт и не может остановиться.

Его надо остановить. — Рубен убрал шары. — Только если с обычным рептом особых проблем нет, рептояра по нынешним временам убить сложно. Очень сложно. Вы можете уничтожить его тело, но сущность — тот оранжевый шар — останется цела и обязательно вселится в кого-нибудь другого. Чтобы уничтожить рептояра, нужно и знание Слова, и обладание Предметами Силы: Мечом Зарницы, Зеркалом Судьбы… Или хотя бы его осколком. Увы, Слово есть, а вот что касается Предметов Силы…

«Если эта долбаная Десятка промолчит сейчас про моё Зеркало Судьбы, я её прямо здесь удавлю, — загасила сигару о ладонь Мамба, зловеще хрустнула пальцами.

 — И никакие козыри не помогут…»

Тотчас, распугав недобрые мысли, раздался голос Бьянки:

— Князь, Зеркало найдём. И Клинок имеет место быть. В общем, в Греции всё есть.

— Меч, Зеркало… это полумеры, — неожиданно подал голос кровожадный негр. — Рептам надо устроить полный абзац. Есть в наличии Нагубник от Флейты Небес. Насчет самой дудки кому-нибудь хоть что-то известно?

— Завтра еду добывать, — неожиданно для себя самой вслух созналась Мамба.

 — В смысле… Надо, чтобы сам отдал. Но я постараюсь…

Сказала и удивилась — и что это с ней? «Язык мой…» по башке.

— Э, товарищи Посвящённые, да вы и без меня отлично подкованы, — одобрил Рубен. — Всё хорошо, но вот насчёт полного абзаца пока напряжённо, мелодию для Флейты уже не помнит никто. Репты постарались, не дураки. Остались только предания об иерихонской трубе, о волынщике из Гарца, о дудочнике из Гаммельна… Такая вот опера: либретто есть, а музыки нет.

— Итак, решено, мы теперь команда, — снова поднялся Панафидин, с достоинством глянул в зал и, ничуть не смущаясь, забрался на сцену к умолкшему Рубену и корчащемуся Тузу.

 — А команде, дорогие мои, обязательно нужен лидер. Достойный, проверенный, не замеченный в особых грехах… каким и является ваш покорный слуга. Словом, предлагаю в главнокомандующие себя. И не надо песен, что не та масть, не тот крап или не тот цвет глаз. Туз — это прежде всего состояние души. Честной, открытой и не склонной к измене.