Первый закон

Лампа практика отбрасывала на ходу причудливые косые тени.

– Да, пожалуй. Если у нас не окажется больше тысячи узников одновременно.

Глокта ковылял вслед за Секутором. Он тяжело опирался на трость, озабоченный тем, куда поставить ногу на осклизлом полу.

«Сейчас я поскользнусь и хлопнусь на задницу прямо посреди птичьего дерьма. Вот будет здорово!»

Арка вела в полуразрушенный коридор, где гнилая штукатурка отваливалась большими кусками, обнажая влажные кирпичи. По обе стороны один за другим открывались сумрачные дверные проемы.

«В таких местах чувствительные люди начинают нервничать.

Им мерещатся неприятные вещи в этих комнатах, сразу за границей света от лампы. Им приходит в голову, что там, в темноте, творятся мрачные дела. – Глокта посмотрел на Секутора, который беспечно шагал впереди, еле слышно насвистывая что-то под маской, и нахмурился. – Но у нас нервы крепкие. Возможно, мы и есть те самые неприятные вещи. Возможно, мы и творим эти мрачные дела».

– Насколько велик этот дом? – спросил Глокта.

– Тридцать пять комнат, не считая помещений для прислуги.

– Целый дворец! Как, черт возьми, тебе удалось отыскать его?

– Я иногда ночевал здесь раньше.

После того, как умерла моя мать. Я нашел способ пробраться внутрь. Крыша тогда была почти целая, и спать было сухо. Сухо и почти безопасно.

«Ах, какая у тебя была тяжелая жизнь! Сделаться палачом и убийцей – большой шаг вперед, не так ли? Каждый человек находит себе оправдание, и чем более подлым он становится, тем трогательнее у него история. Интересно, какую историю мог бы рассказать я?»

– Ты изобретателен, Секутор.

– За это вы мне и платите, инквизитор.

Перед ними открылось большое пространство – гостиная, кабинет, может быть, танцевальный зал.

С заплесневелых стен свисали панели с облезающей позолотой, некогда великолепные. Секутор подошел к одной из них, еще державшейся, и сильно толкнул ее. Раздался тихий щелчок, и панель распахнулась внутрь, открыв за собой темный арочный проем.

«Потайная дверь? Как восхитительно! Как зловеще. И как кстати!»

– Этот дом полон неожиданностей, как и ты, – сказал Глокта, мучительно ковыляя к открывшемуся проходу.

– И вы не поверите, сколько я за него заплатил.

– О нет. Его купил я. На деньги Реуса.

А теперь сдаю вам в аренду. – Глаза Секутора искрились в свете лампы. – Это золотая жила!

– Ха! – хохотнул Глокта, осторожно спускаясь по ступенькам.

«Ко всему прочему у него и деловая хватка имеется! Может быть, настанет день, когда я буду работать на архилектора Секутора? Случались вещи и более необычные».

Собственная тень маячила перед Глоктой, уходя в темноту. Он боком, как краб, слезал вниз по лестнице, нащупывая правой рукой щели между неровными каменными блоками, чтобы обеспечить себе хоть какую-то опору.