Первый закон

С обеих сторон ее окружали белые дворцы с высокими стенами и решетками, а также старые деревья.

Люди здесь выглядели необычно. Их разноцветная одежда странного покроя явно не служила ни для какой практической цели. Женщины вообще едва походили на людей – бледные и костлявые, закутанные в яркие ткани. Они обмахивались кусочками растянутой на палочках материи, когда выходили на жаркое солнце.

– Где мы? – прокричал Логен Байязу. Если бы волшебник ответил, что они на луне, он бы не удивился.

– Это Прямой проспект, одна из главных улиц города. Он ведет напрямик через самый центр города к Агрионту.

– Это крепость, дворец, казармы и резиденция правительства. Город внутри города. Сердце Союза. Именно туда мы и идем.

– Вот как? – удивился Логен.

Группа хмурых молодых людей с подозрением оглядела его, когда он миновал их.

– А нас туда пустят?

– О да. Но им это придется не по вкусу.

Логен продолжал пробиваться сквозь толпу. Повсюду, куда ни глянь, солнце сверкало в стеклах окон – их тут были сотни. В Карлеоне имелось несколько стеклянных окон в самых роскошных зданиях; по крайней мере, до тех пор, пока город не разграбили.

Потом, надо признать, стекол осталось мало. Можно сказать, почти совсем не осталось. Ищейка любил звук, который издавало разбиваемое стекло. Он протыкал окна копьем с широчайшей улыбкой на лице, восхищенный этим хрустом и звоном.

Но это далеко не самое худшее. Бетод отдал город своим карлам на три дня – таков был его обычай, и его любили за это. Логен потерял палец в сражении за день до того, и ему прижгли рану раскаленным железом. Она пульсировала и горела, а от боли он еще сильнее зверел – словно тогда ему требовался предлог для проявления жестокости.

Он помнил ту вонь: кровь, пот и дым. И звуки: вопли, треск и смех.

Логен споткнулся и чуть не упал. Кто-то цеплялся за его ногу. Женщина сидела на земле возле стены. Ее одежда была грязной и рваной, лицо – бледным и изможденным от голода. Она держала что-то в руках. Какой-то сверток тряпья. Ребенок.

И больше ничего. Люди смеялись, болтали и сновали мимо, словно ее тут не было.

– У меня ничего нет, – пробормотал Логен.

Не более чем в пяти шагах от них человек в высокой шапке сел за стол и принялся болтать с другом, а перед ним дымилось блюдо с мясом и овощами.

Логен потрясенно смотрел на тарелку с едой, на голодающую женщину…

– Логен! Пойдем! – Байяз взял его под локоть и поволок прочь.

– Но разве мы не должны…

– Ты что, не заметил? Они повсюду! Королю нужны деньги, и он обирает своих дворян. Дворяне обирают арендаторов, арендаторы – крестьян. И некоторые из них – старые, больные, лишние сыновья и дочери – теряют все до последней нитки. Слишком много ртов надо кормить. Те, кому повезет, становятся ворами или шлюхами, а остальные просят милостыню.