Пиранья. Звезда на волнах

Головой в чернильницу

Когда Пьер, предварительно поцарапавшись в дверь, возник на пороге, Мазур сразу сообразил, в чем дело: у компаньона было очень уж таинственное и напряженное лицо. Моментально прижал палец к губам, сказал:

– Не пора ли обедать, мон ами? Жрать хочу страшно… Сходим на угол, к Чжао?

Вернувшись в Катан-Панданг, Мэй Лань не терпящим возражений тоном пригласила их на постой – разумеется, замотивировано это было нежеланием расставаться с сердечным другом Джимми и заботой о его удобствах: ну не валяться же ему в убогой каютке, если на втором этаже несколько свободных комнат? Можно проводить ночи в комфорте, уюте и полной безопасности. Заодно пристроим и друга Пьера…

Вообще-то, не только капитан-лейтенант Мазур, но и авантюрист Джим Хокинс, тоже не питавший особого доверия к миру и человечеству, должен был с ходу просечь, что его попросту хотят иметь на виду, под неусыпным наблюдением. Но ни тот, ни другой не могли протестовать – игру приходилось поддерживать, пусть думает, что ей пока что доверяют…

Надо сказать, дядюшка Хоп Синг принял появление в его доме сразу двух белых квартирантов с восточным спокойствием – он даже самолично поднялся на второй этаж и в изысканных выражениях заверил, что искренне рад исполнить святой долг гостеприимства и надеется, что гости снисходительно отнесутся к убогости его недостойного жилища, впервые осчастливленного присутствием столь благородных людей… В таком примерно духе.

Первая ночь прошла самым приятным образом – вот только ближе к утру Мэй Лань, убедившись, что Мазур спит, куда-то тихонько ускользнула, предварительно, судя по звукам, выдвинув ящик стола. Мазур, старательно притворявшийся дрыхнущим без задних ног, тут же в ящик полез. И обнаружил, что его револьвер исчез. С возвращением Мэй Лань он обнаружился вновь, и это было неспроста. Когда девушка отправилась по каким-то делам, Мазур внимательно исследовал свое единственное оружие – и не обнаружил при беглом осмотре никаких изменений. Патроны остались теми же самыми, с той же маркировкой на донцах гильз, барабан исправно вертелся, курок щелкал, все было в порядке, но зачем-то же она утаскивала пушку? Может, и здесь известен этот старый трюк – выварить патроны, чтобы они стали бесполезными? Нет, не хватило бы времени…

Пьер заявился как раз тогда, когда Мазур собрался исследовать «Веблей» еще более тщательно.

– Ну, что у тебя на уме? – спросил Мазур с интересом.

– По-моему, мы во что-то паршивое вляпались, Джимми… – убежденно сказал француз. – Ох, как оно мне не нравится…

– Не веришь, что там был «черный ящик»?

– Есть у меня смутные подозрения, что не все так просто… – сказал Мазур осторожно.