Продавец цветов

Ну а про утро я уже сказала: по моему мнению, тогда появится ясность.

Соболев сообщил, что никаких срочных дел у него пока нет. А что касается ночевки на даче, то он не возражает, так как уже провел на ней одну ночь с трупом в подвале и сможет провести еще одну без него.

— Бояться надо живых, — глубокомысленно завершил он свою речь.

Кивком головы я показала свое полное согласие с ним.

Вернувшись на дачу, мы в очередной раз проделали процедуру, ставшую за эти два дня неким подобием ритуала. В результате мой «Фольксваген» стоял под всеми замками в гараже, а мы расположились, как и прежде, внутри дома. Поскольку с развлечениями на даче была напряженка, а темнеть начинало относительно рано, мы заняли свои места на кресле и диване. Тем более что прошедший день сил никому не прибавил.

Я дремала в кресле, когда какой-то внутренний импульс заставил меня раскрыть глаза. Я посмотрела на светящийся циферблат часов. Было уже почти половина второго. За окном послышался шум мотора. Соболев мирно спал на диване. Я, устроившись поудобнее, снова прикрыла веки. Вдруг до меня донесся какой-то шорох. Я встрепенулась и напряглась всем телом. Шорох повторился. Никаких сомнений быть не могло — кто-то отпирал дверь дома. К нам пожаловали ночные гости.

Я поднялась с кресла и мягкой крадущейся походкой подошла к выступу в стене, который находился поблизости от входной двери. Дверь тихо распахнулась, и в дверном проеме показался силуэт человека. Человек аккуратно прикрыл за собой дверь. Что-то жутко знакомое было в его силуэте, но в темноте я не могла рассмотреть его как следует.

Раздался легкий щелчок, и в руках вошедшего зажегся карманный фонарик. Слабый отраженный свет упал на его лицо, и я сразу узнала его. Это был мой сегодняшний собеседник у фонтана. Тот самый, который принял меня за человека Чеснока и обещал прийти завтра в десять утра в «Каменный цветок».

Человек уверенно, как будто был у себя дома, прошел в прихожую и открыл люк в подвал. Я, стараясь слиться со стеной и затаив дыхание, наблюдала за ним. Внезапно из комнаты донеслись шаги и в прихожей вспыхнул яркий свет.

— Петя? Ты?! — раздался изумленный голос Соболева.

Человек с фонарем сильно вздрогнул, словно через него пропустили мощный электрический разряд, и замер неподвижно. Соболев и ночной гость уставились друг на друга, как две совы. Насколько я могла судить, для них обоих эта встреча явилась полной неожиданностью.

Первым в себя пришел наш незваный гость. Рука со ставшим совершенно бесполезным фонарем опустилась.

— Семен Петрович? — запинаясь, удивленно пролепетал он. — Вы что здесь делаете?

— Это ты что здесь делаешь? — Соболев тоже наконец начал что-то соображать.

Меня они, похоже, не видели.