Продавец цветов

На груди, на одежде, были видны следы крови. Запекшаяся кровь темнела в уголке полуоткрытого рта. На шее хорошо виднелась пара синяков, указывавших на способ убийства — удушение.

Соболев ошарашенно-испуганно посмотрел на меня.

— Что это? — задал он совершенно неуместный в данной ситуации вопрос.

— Труп, — спокойно ответила я.

— Может, он еще живой, — сказал Соболев, хорошо понимая всю абсурдность своего предположения. — Может, надо вызвать «Скорую»?

— Нет, — твердо заключила я, осматривая признаки начинающегося разложения. — Единственный, кто ему сейчас требуется, это патологоанатом. Вы знаете его? Я имею в виду не патологоанатома.

В ответ Соболев отрицательно затряс головой.

— Пошли, — решительно скомандовала я и подтолкнула Соболева в направление выхода.

Мы поднялись наверх и прошли в комнату. После страшной находки в подвале не было ни мыслей, ни слов, а одно тревожно-томительное желание жить. Итак, события последних дней получили неожиданное продолжение. Связь между нападениями на Соболева и убийством на его даче неизвестного ему человека, несомненно, была. Но какая?

Я тряхнула головой, разгоняя рой хаотических мыслей, и в ответ на вопросительный взгляд Соболева взяла в руки мобильный телефон.

— В милицию? — с обреченной покорностью в голосе спросил он.

Я молча кивнула, и мои пальцы проворно набрали на панели «02». Оперативный дежурный долго и обстоятельно переспрашивал, кто я и где находится дом, затем буркнул: «Ждите» — и бросил трубку.

Оперативная группа прибыла через десять минут. Старший группы — уже немолодой молчаливый дядька, представился Медведевым Алексеем Михайловичем. Затем придирчиво и очень подозрительно выслушал рассказ о случившемся в моем изложении и хмуро поинтересовался, кто я. Я извлекла из сумочки свои документы и дала ему их вместе с лицензией на охранную деятельность. Медведев небрежно раскрыл мои бумаги и быстро пробежался по ним глазами.

— Пройдемте вниз, — мрачно пригласил он нас обоих в подвал.

— Итак, вы его не знаете и видите в первый раз, — бесстрастным голосом Медведев задал вопрос нам обоим, когда поднялся с корточек от трупа, оставив суетиться вокруг него своих помощников.

Я еще раз внимательно всмотрелась в лицо мертвого человека, силясь отыскать в его чертах хоть что — то знакомое, чтобы не расстраивать следователя. Но, к его великому разочарованию, так и не нашла. Соболев также не смог ничем его порадовать.

Впрочем, наш ответ его совершенно не удивил. Он подошел к стоявшим друг на друге ящикам, открыл один из них и извлек оттуда горсть темно-коричневых луковец размером с мелкий каштан.

— Что это? — строго спросил он.

— Это? — удивленно ответил вопросом на вопрос Соболев, но спохватился и сказал: — Бахромчатый тюльпан. Луковицы.