Два сына для сурового папы

Наша единственная с ней ночь была под слишком высоким градусом, на утро я был в ужасе от того, что мы натворили. Я. Но не она.

Аля была истинной стервой и дрянью. Запудрив Маку мозги, обобрала мужика, а решив уйти рассорила его с лучшим другом.

Но бумеранг не заставил себя ждать. Уехав от мужа, она не застала меня дома. А чуть позже совершенно случайно увидела меня вместе с Ясей.

Скандал. Истерика. Чего только не пришлось выслушать Ярославе! Но она, молодец, держалась уверенно и достойно.

Наверное, в тот самый момент я и влюбился в нее. Окончательно и бесповоротно.

А Аля… Она села за руль в нетрезвом виде, нарушила ПДД и не справилась с управлением. От ее авто остался лишь кусок покореженного металла. О том, каково пришлось Але стараюсь не думать.

— Мне птичка напела, что у тебя появилась женщина, — Мак словно и не слышит меня. — Зуб за зуб. Да, бро? — сверкая полными неприкрытой ненависти глазами он делает мощный прыжок вперед, выставляет руку, меня обжигает острая боль. Теплая струйка течет по коже, ткань пропитывается, становится тяжелой. А я и шагу ступить под этой тяжестью не могу.

Хватаюсь за стену, пытаюсь сделать шаг, но не могу. Жадно вдыхаю прохладный ночной воздух.

Глава 31

Глава 31

Марат

Открываю глаза. Боль в теле ощущается не так сильно, как слабость. Видимо, я нахожусь под действием лекарств.

В руке капельница, на пальце пульсометр, давление измеряется через определенный порядок времени.

Хмурюсь. Озираюсь по сторонам. Пытаюсь понять, где нахожусь."

"Погруженная в полумрак комната, монотонный писк приборов. Вроде как дома, но медицинское оборудование-то откуда? Ничего не понимаю.

Напрягаю мысли, но ничего не выходит. В голове вата вместо мозгов.

— Очнулся, — произносит Давид не скрывая своего облегчения.

Брат зашел в комнату с кружкой кофе. Аромат бодрящего напитка наполняет пространство вокруг.

На Даве нет лица. Он осунулся, под глазами темные круги. Брат довольно сильно вымотан. И хмур.

— Заставил нас всех поволноваться, — отпивает ароматный кофе. Я знаю, что в кружке у него крепкий черный без сахара. Мой брат пьет исключительно только такой. — Я уже подумывал тебя в больничку везти, — говорит присаживаясь рядом со мной на кресло.

— Что ж не отвез? — еле ворочаю языком. Во рту пересохло.

Интересно, сколько я пробыл в отключке?

— Сам понимаешь, — смотрит серьезно. — Светить не хотел.

С таким ранением, как у меня внимания от органов будет слишком много. Допросы, приезд экспертов на место, показания свидетелей… Стоит только дернуть за ниточку, так такой клубок разматывается, что просто пипец.

К моим разборкам с Маком посторонних вмешивать не стоит. Мало не покажется. Никому.

— Спасибо, — благодарю брата. Он не только спас мою жизнь, но и помог избежать множество ненужных проблем.