Руина

Прижавшись головой к груди Галины, Мазепа молча сжимал ее в своих горячих объятиях… Чувство, переполнявшее их сердца, было так велико, что бессильное слово замирало на устах. Казалось, само счастье, раскинувшее над ними свои нежные крылья, с тихой улыбкой глядело на них, охраняя их от всякого зла…

Было в комнате еще третье существо, также замирающее от блаженства, — это был черный Кудлай; он пробрался незаметно в хату панотца и скромно уселся у кровати. Несколько раз уже старался он всевозможными движениями обратить на себя внимание своей хозяйки, но все было напрасно: Галина и Мазепа не замечали его.

Конечно, разумное животное понимало, что первое место в сердце Галины принадлежит Мазепе, однако его уже начинало раздражать столь явное предпочтение нового знакомца старому и верному товарищу, и он решил заявить Галине о своем присутствии.

Задравши вверх морду, Кудлай издал громкий, торжествующий лай и, поднявшись на задние лапы, прыгнул передними на грудь Галины. Этот неожиданный прыжок сначала испугал Галину, но, увидевши черную морду Кудлая, она пришла в несказанный восторг.

— Кудлай! Кудлай! — вскрикнула она. — И ты здесь? откуда? как? — Она обвила мохнатую шею собаки руками и горячо прижалась к ней головой. Ободренный ласками своей госпожи, Кудлай пришел в неистовый восторг; он прыгал, вскакивал на постель, лизал Галине руки, лицо, кружился с громким лаем по комнате и снова бросался к своей госпоже. Галина со смехом отбивалась от шумных ласк верного пса.

— Каким образом он очутился здесь? Кто нашел его? — обратилась она наконец к Мазепе.

— Да, я; я прискакал к вам на хутор.

— Счастье мое! — Мазепа горячо сжал ее ручку. — Я целый год ездил повсюду, разыскивая тебя!

Торжественная минута всезахватывающего счастья была нарушена шумным вторжением Кудлая. Теперь полились счастливые речи, прерываемые радостными слезами и поцелуями. Мазепа рассказывал Галине о своих бесплодных поисках, продолжавшихся целый год, о том отчаянии, которое овладевало им при мысли, что она погибла, и как он снова начинал бросаться всюду, стараясь разыскать ее. Галина передавала Мазепе о тех муках, которые ей пришлось пережить, о своем бегстве от Тамары, о жизни в монастыре, о появлении Фридрикевича.

Счастье обоих было так велико, что даже все пережитые несчастья теряли теперь для них свою горечь.

Воспоминания перемешивались с мечтами о будущем, с уверениями в вечной любви.

— Но как ты отыскал меня, как отыскал? — спрашивала Галина в десятый раз Мазепу, и Мазепа снова передавал ей всю историю встречи с шляхтичем и подвиг Кудлая, который указал им путь.