Таня Гроттер и проклятие некромага

Не успей летающий комментатор экстренно набрать высоту, он очутился бы в магпункте. Арбитры на полосатых пылесосах догнали Дрейфуса и, по-дружески взяв его под локти, что-то утешающе забормотали.

– Интересно, о чем они беседуют? Наверное, о том, что на дураков не обижаются, на психов не кидаются, с дистрофиками не толкаются, с ослами не лягаются, на болтунов не плюются, с даунами не спорят и все такое? – предположил Ягун, вытирая со лба пот. – Уф! Ну я прямо даже испугался! На волоске от смерти, в секунде от некролога!.. Все-таки хорошая штука эти волосы домовых!.

. Дайте мне, бедному, отдышаться!.. Нет, вы видели? Меня хотел прикончить космический пришелец на суповой тарелке!.. Бабуся, прими меры, но только после матча. Пока что Эразм Дрейфус нужен родине в качестве сухого пайка для драконов.

Заметив, что Эразм Дрейфус вырвался из рук арбитров, Ягун счел нужным сменить тему.

– Ну все! Критики больше не будет! Только позитив! Ягуша учел свои ошибки! Итак, номер шесть – Энтроациокуль. Интересно, насколько неслучайно бактрийской ведьме и Эразму Дрейфусу присвоили смежные номера? Не намек ли это, что им надо пожениться и произвести на свет несколько психованных гномиков с волосатыми ушами, которые с удовольствием плевались бы в кого попало отравленными иглами из трубочки?

Энтроациокуль оценивающе посмотрела на Дрейфуса, затем перевела убийственный взгляд на Ягуна.

– Ну не желаете попасть в узилище брака и не надо! Я просто так предложил! – великодушно разрешил Ягун. – Но все же заметьте, дорогие зрители, на меня она посмотрела лишь после Дрейфуса! Это уже кое-что да значит для тех, кто разбирается в женской психологии!

Энтроациокуль нехорошо прищурилась.

Ягун ничего не заметил и продолжал кукарекать, как молодой петушок, впервые взлетевший на забор. Ягге приподнялась, зоркими глазами наблюдая, как рука Энтроациокуль медленно ползет по складкам одежды, готовая исчезнуть в рукаве. Ощутив телепатическое предупреждение бабуси, Ягун резко сбавил обороты и этим спас свою молодую жизнь.

Энтроациокуль вновь испепеляюще уставилась на Ягуна, прикидывая, как он будет смотреться с шестом, выходящим из спины.

– О покойниках плохо не говорят, но, между нами, юноша был глуп, – продолжал нарываться комментатор.

 – Если не можешь вспомнить, как зовут твою девушку, зови ее «котик», «дорогая», «вареник» – любым бредовым словом, которое придет тебе в голову. Девушки любят муть в этом роде. Будь все иначе, они никогда не посылали бы друг другу открытки с розовыми котиками, сердечками и плюшевыми зайчиками! Я, например, всегда зову свою девушку…

Мощнейший сглаз заставил Ягуна провернуться вокруг своей оси. Кувыркающийся пылесос перешел в свободное падение.