Вместе (не) навсегда

Да и как можно смущаться если Марат смотрит на меня ТАК!?

Потемневшие глаза с плохо скрываемым восторгом осматривают каждый сантиметр моей кожи. С жадностью. С каким-то первобытным голодом. И этот взгляд отзывается во мне горячими волнами, которые посылают приятные вибрации по всему телу.

Марат проходится подушечками пальцев по моим ногам, целует бедра, немного надавливает на них и раздвигает.

– Что ты…? – я приподнимаюсь на локтях и пытаюсь сдвинуть ноги, но он мне не позволяет.

– Тсс, принцесска. Я же обещал тебе оргазм, я не выйду из этой комнаты пока ты его не получишь.

В следующее мгновение его горячее дыхание поднимается выше и я трусливо закрываю глаза, потому что понимаю, что по идее, мне нужно попытаться его оттолкнуть… но я не в состоянии это сделать. Я возьму все, что Марат может мне предложить, а потом… что-то мне подсказывает, что на этот раз он не сможет от него отказаться.

Потому что каким бы самоотверженным и благородным он ни хотел казаться, я знаю, что он тоже хочет большего.

Пальцы впиваются в простыни комкая шелковый материал и я окончательно теряю связь с реальностью. Внутри все закипает и я чувствую как низ живота скручивает горячий спазм. Это оно? Так и должно быть?

Уже через несколько секунд мою внутреннюю неуверенность и сомнения смывает пульсирующая волна и я понимаю, что только что испытала свой первый оргазм. Это точно был он, такое ни с чем не спутаешь. Внизу живота продолжает бешено пульсировать, а бедра подрагивают от сладкой судороги. Я непроизвольно сжимаю ноги, задевая Марата коленом, но он, кажется, не замечает боли, лишь смотрит на меня с самодовольной улыбкой. Руки свои он тоже не спешит убирать, продолжая с каким-то упоением размазывать влагу по мне.

Я вижу, что он дико возбужден, кажется, даже запах в комнате стал каким-то другим – насыщенным, терпким и одновременно сладким. Когда-то я читала, что у секса есть свой собственный запах, но тогда я плохо понимала о чем была речь. Сейчас же я чувствую это. Чувствую как наше возбуждение смешалось друг с другом и создало какой-то свой невероятный аромат. Аромат, который действует на меня как самый настоящий афродизиак. Хотя, может это все еще действие оргазма, но я с ужасом понимаю, что если Марат сейчас уйдет, если он снова мне откажет, то я этого просто не переживу. Ни физически, ни морально.

Я сажусь на кровати, потому что понимаю, что если встану, то наверняка упаду – настолько слабыми мне сейчас кажутся мои ноги. Марат возвышается надо мной довольный проделанной работой. Порочный как грех. Глаза блестят, волосы растрепаны, а дыхание прерывисто.

Его пах находится на уровне моего лица и я просто не могу игнорировать внушительный бугор прямо перед моими глазами.