Вместе (не) навсегда

Несмотря на то, что я за тобой с блокнотом не хожу и понятия не имею с кем ты проводишь свои жалкие ночи, но раз уж мы заговорили об отцах, было бы кощунственно с моей стороны не упомянуть твоего… Что ты думаешь по этому поводу, Ян?

С наслаждением замечаю как на его скулах играют желваки и через секунду он резко направляется к выходу, бросив на прощание злобное:

Я едва высиживаю оставшиеся пары. После произошедшей стычки между Маратом и Яном чувствую себя крайне неловко. А еще мне стыдно признаться, но среди всего этого сумбура в голове присутствует и невероятное облегчение. На мгновение я успела испугаться, что Грушевский вполне может со злости рассказать Марату о корпоративе МиКрейта и своем дне рождения…

Понятия не имею откуда взялась эта неприязнь между ними. Если бы я знала, что Грушевский в курсе проблем отца Марата, я бы никогда не стала его просить изображать моего парня.

Я, конечно и раньше понимала, что в случае если правда всплывет проблем мне не избежать, но кажется, только сейчас осознала весь масштаб… Господи, и о чем я только думала, когда решилась соврать отцу и Марату? Я должна сама ему рассказать обо всем. Конечно ему это не понравится, но будет только хуже, если он узнает правду не от меня.

Эти мысли гложат меня и по дороге на парковку, но стоит мне увидеть Марата на капоте своей машины, как весь негатив тут же рассеивается. Он словно мое персональное солнце – всегда расчищает небо от туч.

Марат касается губами моего рта, едва проводит языком по моей верхней губе и тут же отстраняется. Он заглядывает в мои глаза силясь прочитать мои эмоции и хмурится.

– Прости за этот цирк с Грушевским.

– Что? Господи, Марат, ты-то здесь причем? Ты же не виноват, что у него ПМС…

Я снова тянусь к нему губами и запускаю пальцы в его волосы.

Сейчас мне просто необходимо что-то большее, чем мимолетный поцелуй. На душе полный раздрай и я знаю, что помочь мне справиться с ним сможет лишь Марат.

Я сжимаю его запястье и увлекаю за собой в машину. Не уверена, что смогу продержаться до фабрики – слишком далеко она находится, но помнится, как-то он намекал, что вполне не против остановиться на какой-нибудь безлюдной обочине.

Только заполучив его губы в свое безраздельное пользование я понимаю как мне это было необходимо. У Марата есть потрясающая способность заполнять собою всю меня, когда он рядом, когда я чувствую его сильные руки на себе – я не способна ни на какие другие мысли и сейчас это сладкое забвение настоящее спасение для меня. За последние несколько часов я успела представить с десяток худших сценариев, в которых он узнает правду и обвиняет меня по лжи.

Но все мысли отходят на второй план, потому что сейчас он здесь, рядом.