\

 — Это же медляк был, видите? Все уставились друг на друга, а вокруг ноль внимания. Я когда голову с девичьего плеча поднял, уже сцена вовсю горела.

«Ага, — отметил я про себя, — знаем мы, с чьего плеча ты поднял голову».

— А вот это кто, знаете? — спросил Скуратов, показывая экран с замершим на нём стоп-кадром.

Его палец указывал на Валю, которая в этот момент танцевала с Олегом. Вот только её голова не покоилась на его груди. Отнюдь. Она смотрела прямиком на нас с Катей, будто игнорируя всё и всех вокруг.

— А, — махнул я рукой, надеясь, что Сергей не будет заострять на этом внимание. — Это одна моя знакомая. Я ей билет купил. Она из простых… ну вы понимаете.

— Ах, из… — он ткнул указательным пальцем в пол, а я кивнул. — Тогда понятно.

Мы ещё о чём-то поболтали и вскоре разошлись. Мне нужно было ещё заехать к деду, показать ему составленную ночью программу. Ребятам предстояло искать материал для реферата, а Скуратову писать отчёт по делу. У меня сложилось впечатление, что это довольно прямодушный человек, хотя и со своими тараканами.

* * *— Виталий Кириллович, — Скуратов позвонил Разумовскому сразу же, как проводил взглядом всех четверых своих собеседников. — Данные по пожару.

— Слушаю, — ответил голос на том конце.

— Более-менее доверительные отношения с Державиным и его друзьями начал устанавливать. Это первое. Второе: официальная версия пожара — неисправность части оборудования сцены. Внезапное повышение давление внутри огнемётной установки. Третье: подозреваю, что это чушь и в деле может быть замешан маг. Четвёртое: Державин в какой-то момент «поплыл». Я ему показал запись с камеры, где запечатлена, предположительно, его любовница из простолюдинов. Но он решил избегать этой темы. Буду продолжать расследование.

— Молодец, — похвалил его Разумовский. — Действуй в том же духе. Никакие чины, статусы, регалии, геройские лавры не должны тебя смущать, понял? Ты — менталист, а, значит, главный на этом празднике жизни.

* * *— Тридцать девять позиций, серьёзно? — дед даже не вчитывался ещё в подготовленный мною документ, но его глаза уже расширились от удивления. — Ты меня решил по миру пустить?

— Думаю, по миру мы пойдём, если ничего предпринимать не будем, — спокойно ответил я.

И так я сюда далеко не всё включил. У меня на домашнем компьютере лежала ещё одна папка: «Программа увеличения лояльности рабочих. Часть вторая». И наброски для третьей.

— Так… — дед поднял руку, чтобы что-то сказать, но вчитался в этот момент в некоторые из пунктов. — Ежемесячные выплаты семьям с двумя и больше детьми, — прочитал он вслух. — Я даже боюсь представить, во сколько это выльется.