\

— Почему я первая? — с подозрением спросила принцесса. — Вдруг я тебя обману и одна улизну?

— Ну с себя мне начинать неудобно, да и поверила я тебе про сестру-то. Зря?

— Да нет, не зря, — смутилась Варя. — Прости, — а потом, словно что-то сломав внутри себя, спросила: — А как он? Сильно пострадал?

— Вообще не пострадал, — ответила Валя, ковыряясь шпилькой в замке наручников и попутно шипя на мягкий металл. — Они всё инсценировали. Точнее, не так. Взрывчатку им и правда подложили, но они вовремя её нашли. И вместо того, чтобы её вытаскивать, решили, пусть взрывается, чтобы Разумовский подумал, что выиграл.

— Он тебе сам это рассказал? — спросила принцесса.

И Валя услышала плохо скрытую ревность в голосе сестры. А сама подумала, что тоже испытала подобное, когда увидела их поцелуй. Но что-то внутри не позволило ей соврать, чтобы получить минутное удовольствие.

— Нет, вообще случайно получилось. Да не гнись ты! — последняя фраза прозвучала в адрес шпильки. — Я пришла к Громовым, чтобы рассказать о заговоре, а они там всем родом сидят, о чём-то договариваются. Как я поняла, чтобы те их в войне против старика этого поддержали. Ну а Громовы не хотели, мол доказательств шиш и так далее. А тут я, такая красивая, появляюсь… Да чтоб тебя в бога душу мать… Ну вот, появляюсь я и говорю, мол, старик-мозгоправ задумал императора извести. Ну и тут все засуетились забегали, помчались к императору. А меня там оставили, — Валя тяжело вздохнула, и тут раздался щелчок замка. — Ну, Скуратов-падла меня вычислил, вырубил и утащил.

Принцесса растирала руки. От долгого нахождения в одной позе они затекли.

— Теперь ты, — сказала Валя, протянула шпильку и вытянула руки с браслетами блокиратора.

— Я не умею, — ответила принцесса.

— Тогда план «Б», — решила Валя и склонилась к тому блокиратору, что был на ногах Варвары.

Этот поддался гораздо быстрее.

— Теперь плавь мои, — сказала Валя.

Но принцессу просить не было нужды. Она уже раскалила металл соединяющей браслеты цепи, и та, побелев, разорвалась. То же самое они проделали и с ножными. Однако основной проблемы с блокировкой это не решило, поэтому следующие полчаса Варвара то и дело под руку спрашивала:

— Ну как? Получается? — заглядывая в глаза сестре.

— Да что ж ты… Миленький, ну давай, не упрямься, — сопела Валя над собственными оковами. Пот бисеринками собирался у неё на лице, но она не отвлекалась, пытаясь подцепить заветный рычажок. В конце концов, она разозлилась и, грязно выругавшись, хрустнула большими пальцами, практически вывихнув их.

Стон боли разнёсся по камере, когда Валя снимала браслеты, так и не сумев их открыть.