\

— Ах, ну да, — проговорил посетитель бара. — В этом мире вам продали, что магия может быть только у аристократов. Мол, этим-то они и отличаются от простолюдинов. Смешно.

Окружившие его мужики начали пятиться назад. А вышедший из бара посетитель снял шляпу, и тусклый свет от случайного фонаря осветил молодое и добродушное лицо. Затем он полез в карман, вытащил несколько старых, но всё ещё имеющих хождение монет и бросил их опешившим личностям.

— Держите, — сказал он. — И выпейте за Магнуса, странника между мирами, подарившего вам сегодня жизнь.

* * *После разговоров с принцессой и с Беллой я был, мягко говоря, озадачен. Почему-то я совершенно не рассчитывал на то, что меня призовут к ответственности. Да и было бы за что. Я, как-никак, всех спас. Но нет, и одна, и другая были весьма серьёзны, когда говорили мне о разбирательствах.

Что я могу сделать? Мне нужно каким-то образом доказать, что я не пользовался запрещённой магией.

«О, сколько, друг, открытий чудных, — нараспев проговорил Архос. — Тебе готовит этот мир, — затем сделал паузу и продолжил уже обычным своим голосом. — Для них смешение магии в одном человеке — это нонсенс, вот и чудится в этом преступление. Любой вид исторгает из своего круга непохожего на них».

«Спасибо за умные сентенции, — ответил я. — А можно русским языком?»

«Как скажешь, — добродушно пробурчал мой ментальный наставник. — Докажи, что ты такой же, как и они, и всё будет хорошо».

«Но как?», — поинтересовался я.

«Я думаю над этим вопросом. Но пока я солидарен с „мамма миа“ Беллой, которая сказала поговорить с Ван Ли. Он — мужик головастый, вместе что-нибудь придумаем».

Так я и оказался дома, чтобы встретиться со своим учителем из Поднебесной.

Пресса дежурила возле нашей башни уже вторые сутки, но охрана неплохо справлялась с тем, чтобы никто не подходил слишком близко, поэтому особых проблем у меня не возникло.

Ван Ли я нашёл вместе с Кариной в спортзале. Они как раз медитировали.

А я залюбовался. Над сестрой висело несколько десятков крошечных воронок, сквозь которые пробивали крохотные молнии. Судя по всему, он научил её такой степени концентрации, что мне и не снилась.

Я дождался, пока они закончат, обнял сестру и подошёл к мастеру.

— Приветствую вас, ваше сиятельство, — проговорил он. — Вы чем-то озадачены? Вам нужна моя помощь?

Меня всегда смущала его прозорливость. Несколько раз я даже специально проверял его, но никаких намёков на ментальную магию не увидел. Что-то другое позволяло ему точно ориентироваться в настроении собеседника.

— От вас ничего не скроешь, — ответил я. — Есть такое.

— Поговорим тут или пройдёмся на свежем воздухе? — спросил учитель.