\

— Ну, допустим, найдём мы эфирника по объявлению в даркнете, — хмыкнула Варвара. — И что? Он к нам работать, что ли, пойдёт? Да его твои абсолюты тут же сожгут на Красной площади ко всем богам!

— Да, проблема… — протянул император. — Без него нас убьют, а нанять законы не позволяют.

— Папенька, — принцесса добавила максимальное количество сарказма в голос, — основная проблема — это ваша мягкотелость. Правильно Магнус сказал, надо менять законы, если они во вред короне! Разве примера Никиты Державина мало? Ты едва не позволил казнить человека, рисковавшего жизнью и ради меня, и ради тебя, и ради империи. Поверь, этот список можно продолжать долго. Но я же видела, ты был готов казнить его.

— Мне просто не позволили бы поступить иначе, — развёл руками Ярослав Иванович.

— Слушай, — Варвара наклонилась поближе к отцу, чтобы больше никто не услышал её слов. — Ты — император или подставка под корону? Ты просто не представляешь, чего ты избежал. Повернись процесс не в пользу Никиты, я бы этого терпеть не стала, уж поверь.

— Дочь… — император хотел дать ей отповедь и не мог.

— Подожди, — сказала она почти с тем же выражением, что это говорил Магнус, показывая на своей ладони смерч. — И вот снова. Тебе для сохранения головы, причём, не только твоей, нужен на службе эфирник. А тебе законы не позволяют. И ты боишься переделать эти самые законы! Ну что ж, тебя убьют, поздравляю!

— Да мне же не дадут! — прорычал монарх, обнажая в голосе бессилие.

— А ты не спрашивай! — зло проговорила Варвара, откинувшись в кресле. — Не поверю, что у тебя на каждого из этих абсолютных клоунов нет папочки. Плюс мы с тобой уже видели, кто нам лоялен, а кто нет. Вот и начни уже интриговать, как нормальный правитель. Этого подкупи, того шантажируй, третьему пригрози, четвёртому дочь или сына пристрой, куда надо. Вот и всё! Нам все тринадцать голосов не нужны, достаточно девяти.

— Дожили, — мрачно проговорил император. — Уже яйца начали учить курицу.

— Ты меня сам воспитывал будущей императрицей! — парировала принцесса. — Я не собираюсь быть красивой куклой с прилипшей улыбкой, которая подмахивает нужные кому-то документы. Это мечта Разумовского, а не твоя. А мозги-то у меня на месте.

— На месте, — расстроенным голосом подтвердил монарх.

Он вынул смартфон, как бы намекая, что не хочет больше поддерживать разговор на эту тему. Варвара хорошо его знала и понимала, что теперь лучше помолчать. А отец примет нужное решение.

Однако Ярослав Иванович недолго листал новости. Внезапно его лицо исказилось.

— Вот же настырные! — проговорил он. — Их в дверь, они в окно.

— Что случилось? — совершенно другим, пропитанным дочерней заботой голосом спросила принцесса.