\

Действительно, когда малыш вставал на ноги, его принимали в род. Но у нас это было, скорее, красивой традицией. А тут…

«То есть, ты хочешь сказать, — снова обратился я к Штопору, — что Олег Чернышёв не входит в свой собственный род?»

«Да, да! — горячо подтвердил фамильяр. — Он носит фамилию, но его связи с родом висят, как оборванная паутина на осеннем ветру».

И неожиданно поэтическое сравнение моментально дало мне образ. Я кое-что начал сопоставлять. У абсолютов редко бывают дети ниже восьмого уровня. Так сказать, от осинки не родятся апельсинки. Но чтобы прям нулевик — это нонсенс. Впору действительно задуматься о родстве. Хм, нужно будет обязательно узнать об этом больше.

«А что можно сделать, чтобы это исправить, ты знаешь? — спросил я, в самом своём вопросе видя ответ. — Принять в род, так?»

«Я очень хотел бы, чтобы ты принял меня в свой род, — застенчиво пробормотал Штопор. — Но не знаю, поможет ли это Олегу. Я просто вижу, что он ничей. Поэтому и подумал, что его усыновили».

Ничей. Ещё одно колкое слово. Интересно, а он сильно изменится, если станет чьим-то? Закончится у него эта сплошная череда неудач?

«Спасибо, Штопор, — проговорил я. — Ты мне дал очень хорошую пищу для размышлений. Ну и насчёт тебя я тоже понял».

«Хорошо, что я помогаю! — восхитился фамильяр. — Я же хороший? Ты мною доволен, да?»

«Конечно, доволен, — произнёс я с улыбкой. — И да, ты очень хороший, но громкий».

«Вот же, — подумал я, — кому-то, оказывается, постоянно требуется одобрение. А кому-то необходимо быть принятым в род». Я решил, что обязательно уточню этот вопрос и наведу справки. Да вот хотя бы у деда.

* * *Глядя на Кшиштофа, плюгавого учёного в халате и очках, который суетился вокруг артефакта, постоянно что-то проверяя и перепроверяя, Стивен думал о том, кто вообще в здравом уме додумался заставить его отчитываться перед комиссией. Кшиштоф — стопроцентный ботаник-интроверт, которому любое общение с людьми, даже пусть они будут изображены в виде простых смайлов — нож по горлу.

Впрочем, ладно. К счастью, подготовительный этап прошёл, артефакт доказал свою работоспособность, а с Кшиштофа сняли обязательство отчитываться за ход эксперимента.

А ведь он единственный, кроме самого Стивена, кто верил в успех с того самого момента, как узнал об эксперименте. Надо будет его потом наградить. Но это чуть позже, когда все цели будут достигнуты.

К Стивену подошёл Певер и откашлялся.

— Господин директор, — проговорил он максимально услужливым голосом. — Только что звонил начальник спецгруппы Гнедой и доложил, что магические паразиты нового образца внедрены в тело объекта и уже начали свою деятельность.

— Отличные новости, — едва оглянувшись на заместителя, проговорил Стивен. — Сейчас мы проверим, из чего состоит этот самый Скуратов.