\

И уже через пару секунд я смог расправить плечи и широко открыть глаза. Силы вернулись, и теперь мои каналы были больше, чем наполовину наполнены маной.

— Теперь у тебя четвёртый уровень? — поинтересовалась Марисса.

— Да, судя по ощущениям. Странное чувство, когда одновременно стал и сильнее, и слабее. Как ты узнала?

— Твоя аура изменила свой цвет. Стала тусклее ровно в два раза.

— И какого она теперь цвета?

— Раньше была ярко-голубая, а теперь тёмно-синяя, словно ночь, — сравнила девушка и поправила прядь своих волос такого же цвета.

— Теперь ты сможешь прикончить нашего врага на расстоянии? — уточнила Вика.

— Да, если он всё ещё в госпитале. Смогу охватить километра два-три вокруг, не больше. Но это уже что-то.

— Помощь в подготовке потребуется? — спросил Вячеслав Игоревич.

— Нет. Мне хватит имени, которое я переведу в руны. Но всем лучше отсесть к стенам. Для безопасности.

— А что может пойти не так? — уточнила Юля и зевнула.

Да, нам всем следовало хорошенько выспаться. Но сначала — дело.

— Всё что угодно. Ты же когда первый раз зелье или яд варишь, тоже не можешь быть уверена, что получится с первого раза?

— Это да, — выдохнула Юля и пододвинула стул к зашторенному окну.

— Есть у кого мелок или другие пишущие принадлежности?

Не хотелось тратить ману на такую мелочь, как вырисовывание рун. Зачем, когда можно сэкономить свои скудные запасы?

— Есть, — ответила Вика и достала из своей котомки… Эм, помаду.

— Спасибо, этим я ещё руны не рисовал, — усмехнулся я и приступил к делу.

Сперва начертил рунный круг. Идеально ровный. Помню, в школе ведьмаков на первом курсе мы целый год учились его чертить так, чтобы получился с первого раза в любой непредвиденной ситуации.

Затем встал в центр круга, и сидя на корточках, стал рисовать вокруг себя руны удалённого проклятья смерти. Периодически сверялся со схемой в трактате."

"И вот когда всё было готово, закрыл книгу и аккуратно протянул на стоящую в метре от меня кровать. А затем последовательно вложил свою силу в руну полного имени министра Голубье и во все остальные.

Плохим знаком стало то, что они загорелись зелёным. Это значило, что моё творение не может дотянуться до своей жертвы.

Я выругался и вышел из круга.

— Что такое? — сонно спросила Юля.

— Он ушёл из госпиталя, — проворчал я.

— И что теперь делать? — грустно поинтересовалась Вика.

— Искать другой способ убийства, — пожал я плечами и вернулся за стул.

Все были сонные, время близилось к утру. И когда лучи рассветного солнца начали пробиваться через полупрозрачную занавеску, я решил:

— Вячеслав Игоревич, как насчёт ещё раз наведаться к мадам?

— Какой ещё мадам? — резко проснулась Юля.

И все девушки косо на меня посмотрели.