\

Ты к нему точно внушение не применял?

— Он и так полностью под внушением, — ответил я, полагая, что понял скрытые желания Фридриха. — Он, как и многие из нас, если не все, хочет, чтобы его род жил дальше.

— А что, если он предаст? — поинтересовался Ярослав Иванович. — И там у себя снова переметнётся на сторону тех, кто хочет крови.

— Не переметнётся, — с полной уверенностью в собственных словах ответил я.

— Эх, мне бы твою веру, — сказал на это император. — Я бы в казино пошёл.

— Вера тут ни причём, — усмехнулся я и выложил свой козырь. — Он прислал нам своего сына. Так что тут без вариантов.

— Нужно тебя министром иностранных дел сделать, пожалуй, — проговорил монарх и сделал мне жест, чтобы я подошёл к нему поближе. — Как только смогу, так и сделаю, — а когда я приблизился к нему на расстояние не больше человеческой ладони, прошептал мне: — Благодарю тебя. Но Варвару мою не обижай. Иди.

Я не совсем понял, что это было, но решил, что так надо.

— Что ж, — подытожил император, проанализировав последнюю информацию. — Эти новости меняют расклад сил. Однако надеяться на благоразумие неприятеля мы не можем. Необходимо укрепить границу, как мы и собирались и надеяться на то, что пресловутый ЕЕСС прислушается к голосу разума.

— Есть отправить, — взял под козырёк Романов. — Кроме абсолютов, у нас подготовлены маги восьмого и девятого уровней. По договору с эфирниками приняты в строй двадцать семь человек, ещё трое на подходе, и есть запрос от ещё одного рода.

— Какого? — поинтересовался император, хотя вряд ли ему что-то могла сказать фамилия рода.

А вот мне очень даже.

— Маврокордато, Ваше Императорское Величество, — ответил Пётр Алексеевич, а я тепло улыбнулся, вспомнив старый дневник, ставший мне на некоторое время верным спутником.

— Что скажешь, Державин-младший? — обратился ко мне Ярослав Иванович. — Ты у нас спец по эфирникам.

— Маврокордато — наши союзники, — ответил я, припоминая теперь не только прочитанное, но и услышанное от Марио. — Но с ними нужно аккуратнее.

— Время такое, — проворчал император, устраиваясь поудобнее на подушках. — Со всеми нужно аккуратнее.

— А вы — орлы, — обратился он к Чернышёву, Громову и деду, стоящим до этого в ожидании, когда к ним обратятся. — Хочу выразить вам глубокую благодарность от лица всей империи и особенно от моей семьи. Ну и, разумеется, от меня лично. Давайте сейчас до конца закончим всю эту историю, и я вам обещаю, в долгу не останусь. Я помню все ваши подвиги. Но мне нужен ещё один.

— Рады стараться! — ответили абсолюты и улыбнулись.

— Хорошо, что вы снова с нами, — проговорил дед, и император поблагодарил его кивком головы.

* * *— Фридрих Карлович, моё почтение, — сказал Бонапарт, тяжело ворочаясь в кресле. — Отлично выглядите.