\

Ты выйдешь за того, на кого укажу я, поняла?

— Ты мне больше не указ! Я — пламя! — последние слова потонули в бешенном рёве пламени.

Зелёные листья деревьев и кустарников за считанные мгновения сворачивались от жары и обугливались. Кора загоралась, а за ней занимались и стволы. Стёкла жалобно звякнули, словно предчувствуя грядущий удар.

И он не замедлил последовать.

Взрывом отдельные куски оранжереи разнесло на сотни метров. А особо редкий кактус вонзился в болонку за пять километров от дворца."

"Императора вынесло прочь и сильно ударило о поддерживающую стену балку.

Пламя пробежало по деревянным перекрытиям и охватило обвалившуюся после взрыва конструкцию, с аппетитом пожирая и зимний сад, и растения, обречённые теперь, либо замёрзнуть, либо сгореть.

Варвара даже не обернулась на полыхающую оранжерею. Она больше не могла находиться в этом месте. Ей требовалось уйти. И побыть с родными людьми.

Восстановив дыхание, император достал телефон и набрал короткий номер собственной безопасности.

— Задержать принцессу, — распорядился он, затем немного подумал и добавил. — И заточить в огнеупорные казематы.

Глава 4

Благодаря Магнусу переезд оказался совершенно безболезненным, так как все вещи сразу же оказались в дедовом небоскрёбе, который закончили ремонтировать пару дней назад.

Более того, прознав, что между столицей и Москвой непродолжительное время будет работать портал от Магнуса, пройти через него изъявили желания и Кропоткин, и Громова, и Чернышёв. А, оказавшись в Москве, на Воробьёвых горах, мы тут же договорились, что завтра все вместе идем в академию на пары.

Мы, конечно, предполагали, что нам недолго всем осталось заниматься на спецкурсе, так как мои друзья стали абсолютами. И даже Кропоткин в своей внеуровневой магии стал невероятно хорош. Настолько, что, возможно, его захочет прибрать себе факультет питомцев и фамильяров.

Он нет-нет, да и просил у меня пообщаться со Штопором. Но тот был ещё слишком мал, поэтому быстро уставал и большую часть времени отважно дрых.

На следующий день в академии мы произвели маленький фурор. Весть о том, что мы кого-то там победили быстро разлеталась по империи. Правда, толком никто не знал, кого, где и вообще зачем. Поэтому мы и не обращали особо внимания на всякие возгласы и приветствия. Кроме тех, что были от нашей группы, разумеется.

Первую пару сегодня вёл Константин Антонович. Он весь первый час поглядывал на меня, недобро хмурясь, а затем в коротком перерыве куда-то убежал.

Вернулся он уже позже положенного времени, поэтому вся аудитория буквально жужжала, обсуждая наши похождения. Прихода преподавателя даже не заметили, пока он не принялся стучать указкой по столу.