\

Но что могло нас ждать там, за завесой непригодных для жизни земель? За ледяными ветрами, сдирающими кожу с костей? За щупальцами кровожадного Кракена, по слухам, обитавшего в южном море?

Что производит эфир? Или что приводит в движение его круговорот в природе?

Если я снаряжу экспедицию, что я увижу, дойдя до конца? Фонтан эфира, бьющий из-под земли? Невероятную установку, производящую его? Дыру в небе, через которую он спускается на планету?

Скорее всего, я увижу что-то такое, что не поддаётся обычному воображению.

Но, что найду, уже не сомневался, так как воочию видел подпитку эфиросферы планеты.

Решено, как только уладим все вопросы, связанные с властью в родной Италии, и устраним разногласия со Стивеном Батори, так сразу организую экспедицию на крайний юг, чтобы всё увидеть своими глазами'.

* * *— Да уж, уладили, так уладили, — вслух пробормотал я, переворачивая страницу.

Получается, Стивен послужил причиной тому, что природа эфира до сих пор неизвестна. С другой стороны, ещё неизвестно, чем закончилась бы экспедиция Сан-Донато, если бы случилась. Всё-таки пятьсот лет назад с удобствами и теплом в Антарктиде было тяжко.

Дочитав первый дневник, где Антонио по большей части анализировал некоторые документы и гадал, чем именно может быть этот самый пресловутый эфир, я открыл второй дневник.

И тут в мою ногу просительно ткнулся Штопор. Он проголодался и хотел есть.

Я пришёл в себя, огляделся и понял, что читал несколько часов. А у меня ещё осталось несколько дневников. Вынести их отсюда и почитать дома? Но я сомневался, что у меня будет на это время.

Тогда я сделал ход конём. Я покормил фамильяра, напитался магией сам и замедлил время, чтобы без спешки всё успеть прочитать.

Хорошо всё-таки быть сильным магом.

Закончил я примерно через сутки по внутренним часам и совсем скоро по объективному времени. Пора было возвращаться домой, в Москву. И готовить свою экспедицию.

Антонио не успел, а у меня особого выбора нет. Если я хочу сохранить людей, мне нужно воспроизвести земной эфирный купол!

* * *Вернувшись домой, я первым делом наткнулся на Карину. Причём всё выглядело так, что мы встретились случайно. Но эмпатия подсказывала мне, что это не так.

— Привет, дорогой братик, — поприветствовала она меня так, как никогда до этого. — Давненько мы с тобой не общались.

— Привет, — ответил я, махнув рукой, и уже намеревался пройти мимо, чтобы заниматься тем, что наметил, но вдруг понял, что ей жизненно важен этот разговор. От него зависит её внутреннее состояние. — Хочешь, пойдём ко мне, — проговорил я то, что она и надеялась услышать. — Только у меня совсем немного времени, ты уж прости.

— Я понимаю, — она мило улыбнулась и пошла вслед за мной. — Ты теперь такой занятой… И я так рада, что всё ещё находишь на меня время.