\

С обратной стороны координаты, которые надо полностью закрыть для посещения кем бы то ни было. Если надо, я продублирую их в сообщении.

Но Ярослава Ивановича, кажется, волновало совсем не это. Он был растерян и совсем не обращал внимания на мои слова. А затем собрался и обернулся ко мне.

— А как же Варя? Как же свадьба? — спросил он таким тоном, словно не собирался чуть более недели назад отдать дочь за какого-нибудь знатного европейца.

— А вы хотите, чтобы ваша дочь стала вдовой сразу после свадьбы? — ответил я вопросом на вопрос. — Какой в этом смысл? Нет, — поспешил я заверить монарха, который, кажется, всё-таки снова всё понял так, как захотел он, — мои чувства к Варваре не изменились. Но на данный момент вопрос со свадьбой идёт в полном соответствии с вашими желаниями.

— Это с какими ещё? — не понял император.

— С теми, в которых вы не видели свою дочь рядом со мной, — отрезал я и кивнул, показывая, что на данный момент темы для разговора исчерпаны. Конечно, надо было ещё обсудить ход эвакуации, но это я мог сделать и с Араной. — Всего хорошего.

— Но в случае выигрыша… — начал было Ярослав Иванович и остановился, видимо, понимая, что рано поднял эту тему.

— А вот там и обсудим, — ответил я и раскланялся."

"Глава 5

Я уже потерял счёт часам или даже дням, когда отдыхал в последний раз. Но цель защитить свои миры вела меня дальше. В конце концов, из важного мне остались два основных дела, после которых можно будет немного вздремнуть. По крайней мере, я на это надеялся, потому что работать в состоянии, когда ничего не соображаешь от усталости, тоже невозможно.

Попрощавшись с дедом и пообещав ему, что ночевать буду в его небоскрёбе, я открыл портал и переместился на Морран. Если кто-то и мог извлечь из моего мозга чертежи эфирного распылителя, то это только отец моей души — Радгар.

Он всё ещё находился в люксовой тюрьме, куда его поместили после моего побега в другой мир. Только вот никакой охраны на входе я не встретил. А это означало то, что Радгар просто не захотел никуда идти, так как всё оборудование было тут, а перетаскивать и вновь всё настраивать ему было лень.

Увидев его снова, я осознал, что в этом они невероятно схожи с Кшиштофом. Тому было всё равно, на кого работать, лишь бы не прерывать исследования. Так и этот: тюрьма? Дом? Какая разница? Главное, чтобы в лаборатории были рабочие реактивы. И всё.

— Добрый день, отец, — сказал я после пяти минут наблюдений за его действиями.

Дело в том, что я вошёл внутрь, расположился в кресле и сидел, глядя в его сторону, а он ни сном ни духом не ведал, что за ним следят.

Он повернулся резко, как и следует в случае неожиданности, но, увидев и узнав меня, тут же расслабился и опустил плечи.

— А, это ты? — проговорил он, возвращаясь к своим исследованиям.