\

Что ж, в конце концов, ответственность за всё только на мне, поэтому мне и принимать жизненно важные решения.

— Устал? — спросила она через несколько минут, которые вполне могли длиться и целую небольшую вечность.

— Сегодня все это замечают, — улыбнулся я, слегка отстраняясь, чтобы видеть отражение звёзд в её глазах. — Видимо, так оно и есть. Я как раз собирался отдохнуть…

— А тут я, да? — но это она сказала почти весело и лишь потом стала серьёзной. — Тебе бы действительно отдохнуть перед всем этим, — она снова глянула на звёзды. — Это же всё теперь твоё будет, так?

Я тоже глянул на мерцающие звёзды. Под этим углом мне их созерцать ещё не приходилось. И прислушался к своему внутреннему «я». А готов ли я принять ответственность за все эти сияющие в тьме космоса светила?

— Даже не представляю, — честно признался я и пристально поглядел ей в глаза. — Видя, сколько проблем у вашей семьи с одной-то страной, мне сложно представить, как можно управлять целыми планетами и звёздными системами. Передо мной пока стоит задача отстоять наши планеты. Всё остальное — потом.

— Согласна, — Варвара снова прижалась ко мне, — проблемы надо решать по мере их поступления. Но ты слишком напряжён. Вот и решила, что ты думаешь, как будешь разбираться со всеми этими сияющими звёздочками и править ими. Но, видимо, я ошиблась.

— Ошиблась, — кивнул я и не удержался, чтобы не поцеловать её в макушку. — Это тот редкий случай, когда врождённая чувствительность тебя подвела. Меня сейчас тяготит только предстоящая битва, а точнее, не она сама, а все сопутствующие моменты.

— Например? — принцесса вывернулась из моих объятий и снова заглянула в глаза.

— Успеют ли сделать распылитель? Починят ли эфирное сердце? Успеют ли завершить эвакуацию? Сколько погибнет людей и аэрахов до того момента, как я сумею, если сумею, конечно, нейтрализовать Примарха.

— А сама битва тебя разве совсем не волнует? — она словно хотела получить ответы прямиком из моих глаз. Впрочем, я от неё ничего и не скрывал. — Победа не очевидна, так ведь?

— Тут у меня, как сказал бы Магнус, шансы, как у блондинки при встрече с тираннозавром, пятьдесят на пятьдесят, — мне нравились шутки пришлого мага, и эту, полагаю, он оценил бы, как употреблённую к месту.

— Пятьдесят на пятьдесят — это шансы выжить или победить? — уточнила Варвара, снова прижимаясь ко мне, зябко ёжась и заглядывая теперь в глаза снизу-вверх.

— В данном случае, полагаю, это одно и то же, — ответил я. — Действующий Примарх в случае победы не оставит меня в живых. Ему конкуренты не нужны.

— Одним словом, наши шансы не очень, да? — Варвара говорила мягко, словно речь шла о шансах выиграть у Чернышёва в шахматы.

— Я сделаю всё, чтобы победить, — заверил я её и украдкой глянул на звёзды.

А они мне нравились.