\

Захлопнувшийся портал обрубил плоть Примарха и порадовал мой слух его разъярённым воем. Очень хотелось верить, что сквозь безумие там пробивалась и боль, но надежд на это было всё меньше.

В следующий же миг я выдрал из себя жала с обрубками его хвостов. Из них выплёскивался яд вперемешку с кислотой.

«У него два хвоста минус, у меня две дырки плюс — неплохо для начала», — подвёл итог я нашей занимательной арифметике.

Не забыть бы подлечиться чуть позже. А пока действующий Примарх опустился на землю, видимо, чтобы провести аудит оставшихся конечностей. Из обрубков его хвостов капала столь ядрёная смесь, что тут же превращала поверхность в подобие застывшей лавы. Хм, а ведь это идея…

Я поддался спонтанной идее, открыв портал прямо в камне под ним. Использовав магию земли, создал пару трещин и запустил через них парочку эфирных вихрей с подарками внутри. Этого Примарх не ожидал, поэтому среагировал медленнее, чем обычно. А когда переместился прочь, из его обожжённого эфиром брюха торчали обрубки его же собственных хвостов.

«Возврат посылки успешно осуществлён! Благодарим за обращение в нашу логистическую компанию!»

Примарх взвыл, ощутив в себе тот непередаваемый коктейль ядов, коим напичкал моё нутро. Теперь можно и подлечиться. Собрав всё ещё разреженный эфир из пространства, я принялся грубо вычищать собственные раны.

При этом пришлось скакать по порталам, как шальной блохе, чтобы не попасть под ответные действия. Мой противник уже просто поливал ядом всё вокруг, надеясь меня достать. Но истерзанные в хлам эфирные зеркала ещё держались.

— Ты недостойный! — уже чуть ли не визжал Примарх. — Ты — сын шлюхи! Твоё дело — удобрять землю и кормить червей! Я прикончу тебя!

— Прикончишь? — переспросил я, появляясь метрах в тридцати перед ним. — Ну-ну.

Он ринулся было ко мне, но я резко переместился в сторону, материализовав при этом Чертог Души и сжимая его, словно обычное копьё."

"— Тебе же это нужно? — дразнил я соперника с издевательской улыбкой, поигрывая артефактом. — Так приди и забери!

* * *— Нет, ну как она могла? — император уже немного остыл по сравнению с тем, каким он был сразу после того, как императрица поделилась с ним информацией о тайной свадьбе дочери. Но всё ещё кипел. Теперь хотя бы было кому высказаться. — Без разрешения! Без благословения! Ладно, она отца родного ни во что не ставит, но я же ещё и император! Она должна была мне сообщить, принимая такие ответственные решения.

Державин-старший, Громов, Чернышёв и Тарковский летели по большей части молча. На губах некоторых играла сдержанная улыбка. Но все четверо предпочитали делать вид, что увлечены пейзажем за окном, оставляя императору возможность извергать своё недовольство.

— А твой, Игорь, тоже хорош, — обратился он к Державину.