\

До ледяной пещеры, через которую мы проходили внутрь, было не больше десяти километров. Даже ледяной мостик, что сделала для нас Катерина, сохранился.

Обернувшись ледяным смерчем, я двинулся к интересующему меня разлому. Хотя, конечно, интересовал меня не сам разлом, а то, что было под ним.

Действующего Примарха конкретно корёжило от эфира. Чтобы угнаться за мной, ему пришлось лететь. Траектория, правда, оставляла желать лучшего, но вот скорость была повыше моей. «Дедушка» постепенно настигал меня.

Впрочем, я двигался далеко не в полную силу, а именно с той скоростью, чтобы аэрах меня всё-таки настиг. Но в одной конкретной точке."

"И именно тогда, когда эта самая точка была достигнута, Примарх собрал все оставшиеся в нём силы и ринулся на меня. Я же балансировал на краю отвесной расщелины среди километрового слоя льда, скрывающего лабиринт, где мы пару недель назад чуть не остались навечно. Где-то там внизу в глубинах эфирных озёр заворочались голодные твари, почувствовав приближение магии аэрахов.

Примарх не мелочился, наращивая на себе сразу с десяток шипов и пронзая меня ими. Я лишь крепче обнял «дедушку», заключая в смертельные объятия, чтобы, осознав происходящее, он не смог никуда деться. Мы рухнули в пропасть.

Старый аэрах был достаточно мнительным, но всё-таки его подвела ярость из-за утраченного ароита. Почуяв неладное, он попытался высвободиться из моих объятий. Но ничего не добился, кроме того, что разворотил мне хитин на груди в фарш своими когтями.

— Ты умрёшь! — прорычал он, но не с угрозой, как можно было бы ожидать, а с некоторым испугом. Примарх понял, что вместе со мной погибнет и он.

— Разве не этого ты добивался? — весело закричал я, всё наращивая скорость при полёте вертикально вниз между двумя чёрными и гладкими стенами льда.

Он дёрнулся ещё несколько раз. Но мои объятия можно теперь по праву считать самыми крепкими в этой части вселенной. Примарх выпускал энергетическую паутину, пытаясь зацепиться на стены расщелины, но эфир выжигал паутину, не давая той ни малейшего шанса.

— Отпусти, и я помилую тебя! — ни на что особо не надеясь, предложил озадаченный противник.

— Я не хочу жить в мире, которым правишь ты, — честно признался я, с удовлетворением видя, как быстро приближается к нам эфирное озеро.

А затем мы разрезали поверхность этого самого озера и окунулись на добрую сотню метров вглубь. Сопротивление эфира отличалось от водного, но всё же было и оказывало свой эффект.

И вот сквозь толщу этой субстанции я увидел тонкую трещинку, за которой находилось ясное небо и яркое солнце.

Нельзя допустить, чтобы туда выбрались эфирные твари, которые во множестве своём уже спешили к двум барахтающимся в сжиженном эфире телам.