\

— Как так? — не понял я, заглядывая ей в глаза. — В какой ещё тюрьме? Это же мои гости!

— В обычной, Никит, — ответила она, качая головой. — Это родовая планета аэрахов, они не привыкли, чтобы по ней свободно расхаживали представители других видов. К тебе-то возникают вопросы, а чтобы сразу целая делегация… тут к такому не привыкли.

— Относятся-то к ним хотя бы нормально? — и понял, что уже негодую. — Надо немедленно всех освободить! — распорядился я, а потом у меня созрел другой план.

— Нет, — непонятно на что сказала Арана. — Не получится, извини. Содержатся они там хуже скота, и, если сейчас же всех освободить, их перебьют, словно дичь на охоте. Самое смешное, что для них тюрьма сейчас — самое безопасное место. Хотя всё равно им даже не говорят, зачем их всех собрали. А меня к делегатам не подпускают.

— Мне очень хочется казнить всех виновных, — честно признался я.

— Именно этим и занялся бы мой брат, — ответила бабка и развела руками. — Но ты, кажется, от него отличаешься.

— В этом-то и дело, — согласился я, расхаживая мимо неё взад и вперёд. — Именно поэтому мой план будет совсем другим. Нужно сделать так, чтобы меня доставили в эту самую тюрьму.

— Перевоплотись в Примарха и иди, тебе никто не посмеет помешать, — ответила на это Арана, пожав плечами.

— Нет, ты не поняла, — сказал я и указал на неё пальцем. — Меня должны доставить в тюрьму, как делегата, как представителя звёздной системы Моррана.

— Внук, — проговорила Арана голосом полным сомнения и участия, — скажи мне честно, ты с ума сошёл?

— Нет, — ответил я, неосознанно протягивая руки, чтобы на них защёлкнули наручники. — Наверное, впервые в жизни я мыслю настолько ясно, насколько это вообще возможно.

Она проигнорировала мои руки, но тут же вызвала сопровождение.

— Нет, — повторил я. — Пойду один и без охраны. Они должны принять меня за своего.

— Я против, — сказала на это Арана. — Тебя постараются убить.

— Ты думаешь, меня это испугает? — усмехнулся я. — Начиная с тебя самой, все только и собирались сделать это. Но к чему всё привело? Правильно, я стою перед тобой живой и почти невредимый.

— Если не брать в учёт рассудок, — с сарказмом ответила бабка. — Пойдёшь под конвоем Рахны и Арьяши.

* * *Моя родня по аэраховской линии отыгрывала спектакль по полной. Поэтому обращались со мной на пути в тюрьму, мягко говоря, не очень хорошо. Но это было именно то, что мне и требовалось. Те, кто находился внутри должны были поверить, что я один из них.

Тюрьма представляла собой каменный амфитеатр, сплошь увитый паутиной. Крышу в нем для разнообразия заменил уплотнённый слой плазмы, через который не удалось бы вырваться живым ни одному из пленников. Кого здесь только не было.