\

Баба Нюка вчера говорила, что согласна отдать Белкину любому клану, лишь бы не Мышкину… у-у, какой нехороший Мышкин… любопытно, он занимает какую-то высокую государственную должность?

— …а Мышкин, — продолжает Воробей, будто подслушав мои мысли, — Кормилец наш… наш министр внутренних дел… крышует всю каторгу… добыча макров вся под ним.

А вот и ответ, кто такой Мышкин. Капец, это не просто очень серьезная фигура. Это фигурище. Возможно даже, вторая после императора. Вот это я влез. Вот это, называется, не повезло. В принципе, на этом можно сворачивать любые переговоры и любые попытки реанимировать фабрику. Против людей подобного уровня, как правило, приемов не существует… разве только… одно пока не понятно, зачем Воробей мне все это рассказывает?

— У вас есть какой-то вариант? — уточняю осторожно.

— А вы, Кротовский, в корень зрите, — усмехается Воробей, — Возможно, что и есть.

— Подозреваю, ваш вариант мне не сильно понравится…

— Это уж вам судить, Кротовский. Несильно вам понравится мой вариант или сильно не понравится.

— Я весь — внимание.

— Мышкин передал негласный приказ, цитирую: «…чтоб ни одна компания… ни в Петербурге, ни за его пределами, не смела поставлять макры на фабрику Кротовскому…»

— Звучит вполне однозначно. И каков же выход?

— Выход в том, что вам не запретили покупать макры у частных лиц.

— А разве частные лица имеют право торговать макрами?

— Не имеют.

— Тогда какой же это выход, раз частные лица исходно не имеют такого права?

— За пределами Российской империи могут, — не очень понятно объясняет Воробей.

— Я, конечно, дьявольски рад, что сфера влияния князя Мышкина не распространяется за пределы империи. Но что же мне, в Америку за макрами ехать?

— Ну зачем же в Америку. На Изнанке граница империи проходит в нескольких километрах от линии фортов и острогов.

От оно что… картинка начинает складываться. В нескольких километрах от моего магуча расположен острог, где каторжане добывают макры. В сущности, этот острог уже находится на «изнанской» границе империи. Далее идут дикие земли Изнанки. Эти земли уже ничьи. Туда ходят на свой страх и риск охотники, но власть империи на те месте уже не распространяется.

— Я так понимаю, мне не стоит любопытствовать, откуда у частного лица могут взяться растительные макры.

— Ой, да, натурально, Кротовский, — радостно соглашается Воробей, — Лучше не спрашивайте. Частное лицо такому вопросу не обрадуется.

— И почем мне обойдутся такие макры?

— По рублю за штуку, — скромно сообщает Воробей, — И сразу скажу, торговаться не надо. Считайте это доплатой за риск.

Вот это он, блин, загнул, гаденыш. Усмехаюсь. Беру чашку, принесенную мордоворотом, отхлебываю обжигающий кофе. Ставлю чашку на блюдечко. Сильно, гаденыш, загнул.