\

Выскочили стаей и помчались на меня между натужно газующих машин и пылающих костров. Ох и страшны зверюги. Здесь не игра, запасных жизней не дают. Но я все же напоминаю магу.

— Пусть вся стая подойдет… мужики, держим!

Я первым выпускаю из пера заряд по головной особи. Ведмедчук, обернувшись на медведя, приподнимается на задние лапы, ревет и клацает пастью, вырывая кусок шкуры из брюха сиганувшей сбоку твари. Мужики ловят зверюг на колья и вилы.

— Держим строй! Еще две секунды… одна… магич родимый.

Маг только и ждал отмашки. Его руки давно окутаны вязкой коричневатой силой земли. И теперь эта магия ухнула на землю, как многотонный валун, вызывая локальное землетрясение. Площадка перед гаражом разверзлась ненасытным ртом размером с баскетбольную площадку.

Твари повалились в этот огромный земляной рот. Даже те, что немного отстали, не смогли погасить скорость бега, и посыпались следом. Вот так «погребение». Грунт вокруг того рта пошел обсыпаться, и сразу две машины начали тоже сползать в пропасть.

Но я не успел даже окрикнуть сидящих на водительских местах мужиков. Земляной рот мгновенно схлопнулся, подняв тучу пыли, а обе машины к моему облегчению только лишь погрузились в землю задними колесами. Ну… это не страшно. Откопаем.

— Силен, — погранцы обступили мага со всех сторон, — Тебе бы в бойцы.

Ведмедчук отплевался от густой подбрюшной шерсти, вернул человеческий облик и с уважением поглядывал на земляного стихийника.

— Мне и так неплохо, — снисходительно усмехается тот.

— Чего? Нравится баранку крутить?

— А почему нет. У меня еще одно есть умение — «дорога как скатерть». Для водителя в самый раз.

Действительно. С нашими ухабами умение чрезвычайно полезное. И я так думаю, на должности элитного водителя этот маг получает жалование, какого весь пограничный взвод не получает. Однако не к месту сейчас обсуждать преимущества комфортности езды и престижности работы. Дело еще не сделано. Надо что-то решать с провалом.

Отправляемся к реке всей гурьбой, и баба Нюка с Белкиной тоже с нами пошли, оставив с ранеными только Анюту.

— Вероника Кондратьевна, что думаете про тот провал? Получится закрыть?

— На то я и привратник, чтоб с такими штуками управляться. Пойдем, граф. Надо своими глазами увидеть.

Но когда мы подошли к реке, баба Нюка покачала головой.

— Это не провал, граф.

— А что же?

— Это портал… настоящий рукотворный… и пробит он не отсюда. Он пробит с Изнанки.

— Разве так можно?

— Много чего можно. А в здешних местах и вовсе аномалия. Ее склонны относить к особенностям литосферной плиты.

— А попроще?

— Если попроще, — встревает Белкина, — То обычно в каждый изнаночный мир существует только по одному порталу.

— Так, а здесь?

— А здесь в центре континента наоборот.