\

Обернулась на меня. Я кивнул в знак поддержки. И девушка подошла к стеклу и прочитала заклинание.

Ничего не произошло. Тогда она прочитала его ещё два раза.

— Достаточно, Юлечка. Скажите, сколько маны вы вложили в это заклинание?

— Сколько смогла.

— Понятно, — вздохнул магистр. — У вас проблема с передачей маны. Но это ничего, уже на следующем занятии у профессора Ромашкина вы будете учиться работать со своей энергией. Он покажет вам, как правильно направлять ману именно в вашем случае, и уверен, что через пару уроков это заклинание у вас получится.

Юля кивнула и поблагодарила магистра. А после вернулась за свою парту. Довольная от осознания того, что в её случае ещё не всё потеряно.

Ведь на испытании Юля не смогла показать ничего. Серьёзно. Ни одно из её заклинаний не сработало на подопытной мыши. Но после того, как я заявил, что отказываюсь учиться без Юли, князь Нерпов тоже решил, что у девушки не всё потеряно.

А в самом деле в неё верю. Такое упорство всегда вознаграждается.

— Есть ещё желающие? — спросил у всех присутствующих магистр.

Гробовая тишина. Кажется, студенты даже боялись шевелиться. А я тоже не рыпался, поскольку не знал ни одного заклинания исцеления, и мне нечего было демонстрировать. Вот когда будет задание кого-нибудь проклинать, тогда я побегу первый.

— Лес рук, — иронично подметил Иван Иванович. — Тогда давайте по списку. Начнём с буквы «А». Акулин, выходите!

Глава 5

Занятия

Я поднялся с места и подошёл к манекену. Не хотелось говорить перед одногруппниками, что я не знаю ни одного заклинания исцеления.

Да, все вчера видели, на что я способен, но никто не мог знать, какая магия была применена. Ведь целители помимо лечения умеют и калечить, так что их лучше не злить. И, то что я вчера проделал вполне могло показаться окружающим каким-нибудь обратным заклинанием остановки внутреннего кровотечения, а не магией крови.

— Сергей Александрович, продемонстрируйте нам что-нибудь. Что угодно, — с интересом попросил магистр.

«Что угодно. Значит» — мысленно усмехнулся я. Ну, хорошо.

Я подошёл к аквариуму и начертил на стекле руну, которую выведал в трактате по магии крови, а затем соединил с одним проклятьем. В последнее время все руны и заклинания старался объединять так, чтобы при использовании развивать оба своих источника.

Только, видимо, снова переборщил с количеством вкладываемой маны. Потому что стекло пошло трещинами. Густая жидкость внутри закипела, а магистр посмотрел на меня вытаращенными глазами.

Но не успел Иван Иванович открыть рот, как наш манекен взорвался, и всю аудиторию окропило густой прозрачной слизью, кусками плоти и осколками стекла.

— Фу-у, — протянула Юля, стряхивая со своего плеча кусок пальца.