\

— Я понимаю, граф, — следователь усмехнулся, — Вы думаете, за всеми этими убийствами стоит Чарли Спайдер.

— А кто же еще? Он прямо заинтересован в том, чтобы меня свалить. У Спайдера ко мне старые счеты. А кроме того, это вполне в его духе. Явно его почерк. Действовать из-под тишка, гадить чужими руками… какие тут еще могут быть сомнения?

— А я с удовольствием скажу вам, граф, какие у меня сомнения.

— Хорошо. Я слушаю.

— Так вот, — следователь поднялся со стула и прошелся по кабинету, — Есть кое-что… кое-что не бьется. И это психологический портрет самого метаморфа.

"— Пока нет.

— Метаморфы крайне редко кому-то служат. По большому счету они неуправляемы. Они себе на уме. Они обладают потрясающе подвижной психикой. Эта изменчивость заложена в саму их природу.

— И? Пока не вижу связи с Чари Спайдером.

— Понимаете, граф… Чарли Спайдер игрок… но игрок очень расчетливый, очень осторожный. Не станет он связываться с метаморфом. Спайдер предпочитает играть наверняка.

— Признаться, вы меня не убедили. На кого угодно можно найти рычаг давления и заставить служить. Семья, близкие… что угодно.

— Воля ваша, граф, — следователь снова уселся за стол, вернув казенный деловой настрой, — Но я вам скажу свое личное мнение.

— Сделайте одолжение.

— Надо искать среди людей вашего ближайшего круга.

— Чушь…

— Дослушайте, граф, — следователь поморщился, — Убийца слишком хорошо осведомлен. Убийца всегда подгадывает те места, где вы находитесь или собираетесь посетить в ближайшее время.

— Поясните.

— Сперва убийство возле ратуши. В тот момент вы были на площади.

— Согласен.

— Потом ловец собак. Его убили за несколько минут до вашего появления там.

— И с этим согласен.

— Затем чучельник. Там вы вообще разминулись с ним на какие-то минуты.

— Ну а сегодняшнее убийство? Я узнал о нем только от своей помощницы.

— А сегодняшнее убийство особое, — поясняет следователь, — Как я уже говорил, это не просто убийство. Это послание… публичное заявление… если хотите, добивающий удар.

— Версия красивая, — признаю, — Но дело в том, что мой ближний круг слишком узок. Никто из моих близких в подобном не заинтересован.

— Всегда найдется, кого подозревать, — не согласился следователь, — Как я уже сказал, метаморф себе на уме, метаморф скрытен и неуправляем. Он всегда ведет свою собственную игру. Подумайте, есть такой среди ваших ближайших знакомых?

— Кротовский, — заговорила до сих пор молчавшая Ева, — А если это Белкина? Она себе на уме.