\

Что Гусь, что Ниндзя, что Травка… эти ребята сами по себе машины убийства. А Варан так просто поражает. Никакой показухи. Движения скупые, едва заметные. Одно движение — один труп.

Ныр тоже не отстает. Он резкий и верткий. Магу требуется время, чтобы сотворить направленный щит или защитное заклинание, но Ныр этого времени не дает. Откусывает пальцы вместе с кистью. А магичить без рук не получается. У магов плетение заклинаний наработано именно через руки на уровне мелкой моторики.

В этой короткой, но жаркой схватке жирную точку поставила Рута. Подскочив к принцу, она от души вмазала ему ногой по бубенчикам.

Вот чую, есть у нашей принцессы к принцу свои старые счеты. В этот удар она всю душу вложила. Принца согнуло пополам. Говорить пафосные речи ему как-то сразу расхотелось. Не до речей ему, прямо скажем… а затем, наконец, набежала многочисленная имперская охрана, обозначив окончательный перевес на стороне императора. Мятежников прижали, нагнули и повязали.

К счастью, вовремя вырубленный артефакт не успел никого высушить до критически невозвратного уровня. Даже Белкина очнулась.

Увидев, что я тащу ее, она счастливо улыбнулась.

— Кротовский, — прошептала она удовлетворенно и прижалась щекой к моему плечу…

Когда я вошел с Белкиной на руках в зал, император тоже успел оклиматься. Он обвел присутствующих суровым взглядом:

— Кто-то мне объяснит, откуда в моем торжественном зале оказались зурабдийские маги? — глаза императора начали наливаться гневом.

— Это мог сделать только мастер печати, — тут же подсказали императору, — Только он мог снять защиту от прорыва.

— Мастер печати… — мрачно повторил император, — И где этот мастер печати?"

"— Он… вернее она… вон она, — докладчик указал пальцем, и все посмотрели на Белкину на моих руках.

— Взять ее, — коротко распорядился император.

— Прошу прощения, — ставлю Белкину на ноги и задвигаю за себя, — Коварный принц ее обманул. Но затем она помогла обезвредить артефакт и поломать замыслы принца.

— А ты кто такой? — спросил меня император, сдвинув брови.

Пожимаю плечами. Называть свою фамилию не вижу смысла. Очевидно, императору она ничего скажет.

— Взять его тоже, — добавил император.

М-да. Похоже лексикон у местного императора не блещет разнообразием. Слово «взять» он произнес трижды в пяти коротких предложениях. Больше я сказать ничего не успел. Кто-то шмальнул в меня из парализатора, и я отрубился.

Глава 28

Очнулся уже в обычном мире… причем в постели. Как добрался до кровати, не помню, а над городом Кустовым поднимается солнце. Еще и проспал до утра. Позвонил Белкиной, и она взяла трубку почти сразу.

— Кротовский, не может быть…

— Чего не может быть? — слегка напрягаюсь.