\

Он не может исчезнуть полностью. Хотя бы клык должен остаться. Мы найдем его клык. Ты помнишь, как мы к тебе попали?

— Я помню, Гама.

— Хорошо, что помнишь. Я был пером, а он был клыком… Ничего страшного. Мы его снова прокачаем. Будет как новенький.

Мы обошли всю воронку, но не нашли ничего.

— Такого не может быть, — бурчал Гамлет, — Я его должен почуять. Мой радар должен найти. Мы же с ним две тысячи лет бок обок. Как так?

Один край воронки вдруг обсыпался, в открывшейся норе показался крист.

— Хозяин, ты не теряй своего волка. Мы его оттащили.

— Чего? — я не сразу отразил смысл сказанного.

— Когда твой волк упал, был очень плох, — пояснил кристаллоид, — Стражи оттащили его в нору, чтобы рептилоиды не смогли добить.

— Он жив?!

— Жив. Только очень плох. Пойдём, хозяин, я отведу.

Крист скрылся в норе, а я, еще не веря, полез следом. Нора ожидаемо привела в древний подвал. Там лежал Ныр.

— Он жив, — я не столько просил, сколько утвердил.

— Жив, хозяин. Только очень плох, — повторил кристаллоид.

— А почему он погас? — задаю непонятный вопрос.

— Мы наложили на него печать. Чтобы рептилоиды подумали, что он мертв.

— Понимаю, — я дотронулся до жесткой шерсти Ныра и убрал зверя в инвентарь, — Как вы умудрились его оттащить? Он же огромный и очень тяжелый.

— Удачно получилось, хозяин. Стражи были рядом. Стражи его утащили.

Крист указал в дальнюю часть подвала, и я увидел этих стражей. Они похожи на очень-очень больших черепах. Во всяком случае эти кристаллические панцири очень похожи на черепашьи. И мощные лапы похожи на черепашьи. А вот шеи у них толстые и длинные. Это какие-то жирафоподобные черепахи. И головы очень большие. Я бы сказал, головы почти бегемотьи.

Ну… видимо такие они — стражи подземных ходов. В любом случае я кристам безмерно благодарен. Как только Ныр оказался в моем инвентаре, его иконка снова засветилась. Четыре процента здоровья, но это ерунда. Волк отрегенерирует.

Крист провел нас через прилично уже разветвленные подземные ходы на базу. Я сразу побежал искать Пантеру и нашел ее в рубке. Пантера каталась по полу, а ее крутило в судорогах. Тело непрерывно неконтролируемо трансформировалось из зверя в человека и обратно в зверя.

— Пантера, ты как?

— Плохо, Кротовский. Поторопилась взять девятку, — она выдавила сквозь сомкнутые челюсти и опять превратилась в огромную скрюченную черную кошку.

Тут я согласен. Плохо. Очень плохо. Ныр при смерти. Пантеру ломает как от передоза. А по наши души уже снова спешит реповский флот. Пушек у нас больше нет, но система слежения пока цела. И похоже, в подвалах прятаться бесполезно.

На этот раз в сопровождении двух штурмовиков летит тяжелый бомбардировщик, несущий на борту что-то очень убойное. Шутки кончились. На нас будут скидывать многотонный фугас.