\

Платье упало на пол с легким шелестом, легло, словно раскрывшийся бутон….

- Я приготовила халат, госпожа, - вновь прошмыгнула мимо Зоя. – Вам помочь? – приняв мою растерянность за неспособность справиться, вернулась она ко мне.

- Нет, - переступив через ворох ткани, направилась я в ванную комнату.

Избавиться от нижней рубашки и бюстье я точно могла и сама.

- Эвелин?

Георгий не пропустил открытой двери в мои покои, заглянул узнать, почему не сплю.

А что я могла сказать ему?! Что слушала, как бьют часы, отбирая от его и моей жизни?! Что думала, разглядывая кулон, который когда-то подарил другой мужчина, пытаясь понять, через какую грань переступила, горюя об одном и замирая от желания видеть другого?

Что осознала вдруг, как зыбко и это счастье, которое я и за счастье-то не всегда считала?!

Нет! Ни о чем из этого я сказать ему не могла! Не имела права, назвав своим мужем и поклявшись, что пройду до конца предназначенный нам с ним путь.

- Прости, - выпутавшись из пледа, завернувшись в который сидела, поднялась я с кресла, - но я не могла лечь, не дождавшись тебя. Устал? Голоден? – не дав вставить ни слова, продолжила, подходя ближе. – Мама Лиза оставила для тебя….

- Эва… - остановил он меня. Еще мгновение назад взгляд был опустошенным от усталости, теперь же в нем виделась ненасытная жажда, объяснить которую – слова не нужны.

- Да? – «непонимающе» отступила я назад.

Смерть и… жизнь!

Эндрю просил, чтобы я была счастлива…. Я не выполнила его просьбу, пока был жив, но в память о нем….

Так было неправильно! В память об Эндрю оставалось прошлое, которое навсегда со мной. Сейчас же было настоящее, принадлежавшее лишь мне и Георгию.

Он не сделал ни шага, просто протянул руку, провел пальцами по лицу…. Обвел по контуру, осторожно тронул брови, коснулся лба, на миг плотно прижал ладонь к щеке, словно согревая, спустился на шею….

Едва ли уже не забытое чувство, в котором сдерживаемая страсть становится безграничной нежностью….

Никто, кроме меня, не знал его таким….

Никто, кроме меня….

Я отступила еще…. Медленно, не разрывая касания, заставляя тянуться за собой….

Взгляд Георгия «полыхнул», но улыбка, тронувшая губы, была мягкой, с толикой лукавства….

Я предложила игру – он ее принял.

Щелкнув пальцами, погасила светильник, тут же спрятавшись за кресло. Пушистый ковер прятал звуки, но я двигалась легко, еще не забыв, насколько острым был у мужа слух.

Старалась зря. Даже не шорох - ощущение, и мне на плечи легли его руки. Крепкие, надежные, заботливые…. Дыханием опалило кожу, когда губы, искушая, тронули мочку уха, словно заново учась дарить наслаждение, оставили свой невесомый след на шее….