\

— Всё же я не хочу вылететь из академии, не успев отучиться и месяца, — ответил я. — Придётся очень аккуратно нарушать правила.

— Или спрашивать разрешение у моего отца, — подметила Света.

— Мне предстоит разобраться с аномалией на Камчатке. Не думаю, что директор одобрит такое количество отгулов, которые мне надо. Придётся меньше спать.

Девушки так на меня посмотрели, что я понял: придётся жертвовать именно сном, а не тем, что ему предшествует.

В гостиную вошла сонная Маша и прошла к холодильнику. Служанка налила себе стакан молока, выпила, и лишь потом обратила внимание на меня.

— Господин, вы вернулись. А я вас сегодня ждала, но не дождалась, — сказала она и зевнула.

— Зачем ждала?

— Я заказываю вашему питомцу по десять килограмм яблок ежедневно. Но ему всё мало! Прошу разрешения поднять заказ до двадцати… Правда, в службе доставки на меня уже косятся.

— Пусть косятся, — усмехнулся я. — А если начнут возмущаться, то ты на них Ленца натрави. За неимением яблок он кого хочешь сожрёт.

— Принято, — улыбнулась девушка, подумав, что я шучу. — Ещё ваша книга просит два литра крови в неделю. Если вы одобряете, то мне нужны средства на покупку.

Я достал из кармана несколько купюр и протянул Маше. Она развернула помятые банкноты и ответила:

— На два месяца этого хватит. Так, вроде всё спросила. А, нет. По завтраку пожелания будут?

— На твоё усмотрение.

Девушка кивнула и отправилась спать."

"А вот я отправился в свою комнату вместе со Светой. И ещё три часа она не позволяла мне уснуть. А я и не сопротивлялся. Девушка была слишком хороша и изобретательна.

Уснул я к утру. И первое же сновидение перенесло меня в морскую пучину. Здесь царила кромешная тьма, словно я оказался в Марианской впадине.

Сверху давила вода. И тяжесть эта была настолько реальной, что казалось, сейчас меня сплющит в одно кровавое пятно. Но этого не происходило.

Попытка ударить себя по щеке и проснуться тоже ни к чему не привела.

А толща воды в несколько километров над моей головой не позволяла всплыть. Я почти не двигался, оставаясь на месте.

Но вдруг в темноте глубины показался свет. Я знал, что многие глубоководные рыбы обладают собственным свечением, поэтому не придал этому явлению большого значения.

А зря.

Свет надвигался прямо на меня. Толщу воды пронзил странный звук, напоминающий ленивое пение китов.

А затем сознание снова пронзил злобный голос: «Верни мне её».

Я проснулся в холодном поту и вскочил с кровати. За окном было ещё темно, но снова ложиться спать уже не хотелось. Конечно, после такого-то.

Кто-то упорно насылал на меня наваждения, поэтому после бодрящего холодного душа, я прихватил Морфа и отправился в библиотеку.