\

Острые грани впивались в подушечки, которые уже начинали терять чувствительность. Мороз пробирал несчастного до самых костей, он уже даже дрожать не мог. Ему под ноги попался торчащий кусок льда, парень запнулся об него и рухнул на колено.

— Вставай! Нам ещё идти и идти! — угрюмо бросил Чизман, проходя мимо, — давай! Пошёл! — махнул он головой. Обе его руки были заняты двумя квадратными коробками.

— Иду! — фыркнул парень, снова вставая на ноги.

Они с трудом добрались до берега и поднялись по склону, шагая по щиколотку в пышном снежном ковре. Потом дошли до первых сосен, а там их положение стало казаться совсем безнадёжным. Деревья были высокие и голые. Ветки у них торчали лишь на самых верхушках, над головами несчастных. Вокруг никаких шишек или хвои — всё скрыто под толстым слоем снега. Ветер тут разгулялся на всю, выдувая из двух несчастных путников последнее тепло.

Вокруг по-прежнему не было никаких признаков цивилизации. Было чувство, что в этих краях совсем нет ничего живого. Казалось, что и идти не куда, что везде одно и то же. Сплошной холод и снег."

"Ещё и пурга началась. Острые снежинки пролетали между редкими соснами и впивались в кожу. Яростные порывы ветра задували под тонкие куртки. Одежда, что была у попаданцев, подходила для южных краёв. Таких, где утром немного прохладно, а днём уже тепло. Но тут, тут был самый настоящий мороз. Прямо, как в родном городе Валеры — Красноярске. Будь у него пуховик и тёплые штаны с ботинками на меху, парень бы чувствовал себя вполне спокойно, но в таком виде ему оставалось только замёрзнуть насмерть.

— Блин! — протянул несчастный, прикрывая лицо от метели, — кажется, мы попали!

— Надо найти укрытие! — Чизман принялся оглядываться по сторонам, но в белой пелене уже ничего не было видно, — давай, дальше! В горку! Заберёмся туда и оглядимся! Может, там, в ложбинке, кто-нибудь живёт!

Оба знали, что медлить нельзя. Они поспешили наверх, забираясь по склону. Сугробы тут были уже по колено, идти было тяжело. Руки сильно замёрзли и совсем не слушались. Валера несколько раз ронял этот проклятый ящик, да так, что тот скатывался вниз, собирая за собой снег. Парню приходилось спускаться за ним и откапывать чёрную коробку, на пластике которой блестели снежинки.

Подъём оказался адски трудным. Наконец, они забрались на кручу и встали среди сосен, вглядываясь в снежную завесу. Ничего уже не было видно, только какие-то смутные очертания. Казалось, что вокруг по-прежнему были лишь сосны и заснеженные склоны. Отчаяние накатило на попаданцев с новой силой.

Тут ещё и вечереть начало. Похоже, скоро они замёрзнут тут насмерть. Но наступающая темнота всё же спасла им жизнь.