\

Валера с ужасом понял, что карабкается по склону куда-то наверх. А ведь их проводник говорил, что надо спускаться. Похоже, они полезли куда-то на утёсы. И не видать им теперь тихого места.

— Проклятье! — Чизман затащил его к каким-то скалам, что давали небольшое укрытие, — мы заблудились!

— Точно! — закивал головой парень, а потом оперся на здоровый валун. Его варежка случайно смахнула налипший снег с каменной поверхности, — смотри! — воскликнул он, — тут стрелка! Туда!

— Точно! — Комаров приободрился, — пошли!

Два путника снова пустились шагать. Они шли, стараясь выдерживать направление. Кажется, тут была какая-то дорога, заметённая сугробами. По крайней мере, здесь было легче идти, чем в других местах. Даже чувствовалась разница, ведь когда оба сходили с пути, то сразу же проваливались в глубокий снег.

Вот только ничего им так и не встретилось. Несчастным пришлось подняться в гору, залезть на какой-то уступ, а потом спуститься, но вокруг не было ни единого признака жилья.

Начинало темнеть. И когда они уже совсем отчаялись, Чизман вдруг воскликнул.

— Свет! Свет! — он лихорадочно начал показывать куда-то вдаль. Там было такое тёплое и приятное свечение, будто бы дом, где их давно ждут.

Оба ринулись туда и встретились с бревенчатыми стенами. В них были небольшие узкие оконца, сквозь которые ничего не было видно. Переползая вдоль здания, попаданцы наткнулись на большие деревянные двери и сразу же застучали туда. Им было плевать на то, кто там засел. Главное было выжить. Вот только двери им никто не открыл.

Руки у них совсем замёрзли. Пальцы не гнулись, а каждый удар отзывался жуткой болью. Снег летел прямо на них, а вокруг была полная темнота. Видно было лишь белые хлопья, проносящиеся мимо в свете из этих окон во мраке ночи. Но никакого ответа по-прежнему не было.

— Сейчас, — Комаров принялся стаскивать рюкзак, — сейчас….

— Что… ты… хочешь сделать?! — едва разлепляя посиневшие губы, протянул Валера.

— Взорвать всё! Эту дверь! — отчаянно выкрикнул тот. Но пальцы его не слушались. Он даже не мог развязать узел на сумке.

— Блин… Это конец…. — просипел парень.

— Да, — Чизман рухнул к стене, — стой! Давай накопаем сугроб! Изнутри должно идти хоть какое-то тепло! Укроемся, как собаки в пургу!

— Как хаски? — чувствуя, что сознание покидает его, кое-как пробормотал Валера.

— Как хаски, — выдохнул Комаров."

"Оба прижались у стены, пытаясь загрести к себе снега. Однако их вялая возня скоро затихла. У одинокого дома, в свете узких окон, остались две замершие фигуры, которые засыпал летящий снег…

Глава четвертая. Вечный пир

Агмунд проснулся с твёрдым желанием отправиться в путь. Засиделся он в этом месте. Громко отрыгнув, здоровяк встал с кровати и, пошатываясь от похмелья, вышел из комнаты.