\

Трус тот, кто бежит от битвы, а не тот, кто не вступает в неё.

— А разве это не одно и то же? — хмыкнул Комаров.

— Нет! — возмутился старый воин, — это разные вещи!

— Ага. Если ты не вступаешь в битву, значит бежишь от неё.

— Почему? — развёл руками старик, повышая голос, — подумай! Если придёт сильный соперник и предложит тебе сразиться с ним, то ты можешь отказаться! И это не посрамит тебя! А если ты выйдешь с ним на бой, а потом трусливо убежишь прочь…

— Но мы-то согласились на битву! — развёл руками Чизман, уставившись на него, — значит, мы струсим, если уйдём!"

"— Мы проверили его силу и убедились в ней! — яро начал тот, — нам стало ясно, что сражаться глупо и бессмысленно! Поэтому мы и уйдём.

— Вот уж нет! Взялся за дело, значит делай!

— Нет! Нельзя сразу сражаться, не поняв врага!

— А если он из-за угла напал? — Комаров словно специально злил их проводника, — тогда тоже можно трусливо сбежать? Ведь ты не оценил силу врага!

— Да! И этот враг сам труслив, раз напал исподтишка!

— Замечательная логика, — фыркнул Чизман, а потом повернулся к Валере, — слушай, я думал, что поступишь, как всякие герои в фильмах.

— О чём ты? — нахмурился парень, глянув в его сторону.

— Я о том, — начал тот, приставляя дробовик к плечу, — когда двое спорят, а потом третий такой — ребят, а вы слышите…

Роглив что-то хотел сказать, но вдруг замолчал, прижав руки ко рту. В тишине было слышно лёгкое стрекотание, будто бы какая-то огромная гремучая змея трясёт своим хвостом. И оно приближалось.

Вокруг по-прежнему никого не было видно. Звук доносился прямо из стены, что была напротив них. Выглянув из-за нависающей скалы, троица уставилась на чёрную дыру.

Жуткий стрёкот приближался, а напряжение нарастало. Валера пристально уставился в темноту, даже не моргая. Глаза его уже начали болеть, но опустить веки парень просто не мог. Он словно оцепенел, ожидая чего-то ужасного. Чизман же глядел в нору через прицел дробовика. Руки его крепко сжимали оружие.

Однако враг появился совсем не оттуда. С одного из уступов посыпался снежок, плавно спускаясь на дно расщелины. Казалось, это просто ветер шалит, но затем сугроб начал резко осыпаться.

Валера заметил это краем глаза и сразу же перевёл взгляд туда. Там тоже была нора, и оттуда вылезало что-то страшное. Огромная морда с торчащими разноцветными усами, которые крутились в каком-то калейдоскопе. Ещё два длинных щупа вынырнули наружу и начали ощупывать воздух перед собой. Тело монстра начало вываливаться из провала сегмент за сегментом.

Каждая часть была покрыта плотной блестящей броней, будто бы у какой-то сороконожки. Острые тонкие лапы, казалось, крутились во все стороны, пытаясь уцепиться за что-нибудь.