\

– Видишь?! – Чизман вдруг остановился у одной ямы и показал Валере на закопчённую и оплавленную кирпичную кладку, – похоже, они заложили взрывчатку под сами улицы. В подвалы и канализацию. А потом подпалили всё разом. Вот и бахнуло, – он покачал головой, – убил бы этого гада!

Но парень ничего не ответил и лишь горестно вздохнул. Судя по масштабам разрушений, тут не пощадили никого. И богатые, и бедные, и ворье, и работяги – всем досталось в равной доле. Генрих Лирский решил уничтожить весь город до последнего дома. И он это сделал.

Когда их отряд застрял на очередном завале, медленно поднимаясь вверх растянутой цепочкой, Валера оглянулся назад. С высоты было видно, как на Лирские поля находит утренний туман.

К стенам города его клубы боялись приближаться и там темнели на зелёной траве пропаханные полосы от множества орудий и телег. Словно кто-то прочертил их карандашом. Солнечные лучи упали на остатки города, где теперь даже нельзя было разобрать прежние очертания улиц. Куда не глянь – везде бугристый склон из камней, брёвен, досок и щебня. Редкими островками в этом море поднимались уцелевшие дома, точнее их обломки, что торчали из пятнистой массы.

Волна из крошева докатилась даже к порту и там утекла в воду, похоронив под собой причалы. В зеленоватой воде виднелись остатки крыш и куски стен, а на них качались солнечные блики. Затонули и многочисленные корабли с лодками, что обычно толкались в заливе. Теперь от них торчали только мачты. На руинах уже обосновались чайки – назойливые птицы летали между завалов, выискивая для себя что-нибудь интересное.

Отвернувшись от всего этого удручающего зрелища, Валера полез следом за орками, карабкаясь по обломкам наверх. Когда он подобрался поближе к королевскому дворцу, то стало ясно, откуда бегут все эти потоки воды. Крепостные стены рухнули прямо в ров, который тоже разрушился, выпустив всю воду на руины города. Подъёмный мост тоже разлетелся в клочья, зато к дворцовым вратам можно было подобраться по стене рухнувшей на бок башни.

Однако Чизман вдруг направился куда-то в сторону, внимательно приглядываясь к обломкам.

– Эй! – вдруг воскликнул он и поманил к себе пару орков, – давайте-ка сюда! Помогите!

Затворник косо глянул на него, словно намереваясь что-то сказать, а потом махнул рукой и зашагал в сторону дворца, забрав с собой остальных серокожих. Валера же не стал спешить за ним, а направился к Комарову.

Тот вытащил на свет из-под завалов какую-то цветастую тряпку, всю покрытую грязью и пылью. А когда орки раскидали обломки по сторонам, два товарища увидели лежащее безжизненное тело.

– Кто это? – хрипло спросил Валера.

– Думаю, – Чизман пригнулся и схватил голову мертвеца за волосы, – что это Генрих Лирский.