\

— Акулу, — пояснил я.

— Нет! — громко ответил вместо меня глава клана.

В этом мире тотемов чтили. Настолько, что были готовы отдать за них жизнь. Я же воспринимал Акулу иначе. Как союзника и подругу, а не свою богиню.

— С нами Тёмный бог. Ему не нужны ваши жизни, ему нужна она, — продолжал уговоры неизвестный враг.

— Лжёте. Он питается болью и страданием. И даже вас убьёт, своих верных последователей, стоит вам попасть в его мир.

Церемониться с ними я не стал. Ни к чему эти бессмысленные переговоры.

С рук сорвались золотистые руны. Одна направилась в говорившего, вторая в стоявшего за ним человека.

Я продолжил наблюдать за происходящим внутренним зрением. И сильно удивился, когда проклятья не сработали. Словно это не люди, а частички проклятого божества. А проклятье не нейтрализовать другим проклятьем, таковы законы миров.

— Отец, оставайтесь здесь, — попросил я.

А сам наблюдал, как иссыхают мои големы. Причём вода из них уходит куда-то в черноту. Словно нас накрыли чёрным куполом, и вся вода теперь автоматом выходила за него.

— Я не пущу тебя одного, — он положил руку мне на плечо.

— Их не убить ни водой, ни огнём, ни проклятьями, — пояснил я. — Не хочу, чтобы ещё кто-то пострадал.

— Это дело клана, а не лично твоё.

Откуда-то из глубины дома раздались крики. Так орут только те, кого жестоко убивают.

— Лучше помоги слугам. Они не заслужили такой участи, — попросил я.

— Смертей можно избежать, — продолжил глухой голос.

— Переговорщик из тебя крайне фиговый, — крикнул я в ответ и смахнул с плеча руку отца.

Понимал все риски. Но лучше я возложу их на себя, чем на всех тех, кто стоит за моей спиной.

Другое дело, что они думали иначе. И стоило мне спуститься во двор, как за мной раздалось множество шагов. Да, кого-то отправили на помощь слугам, но большинство остались в холле.

— Дайте мне десять минут, — попросил я, не оборачиваясь, всё равно этого никто не увидит в кромешной темноте.

И пошёл дальше. Плавными шагами, ступая лишь на носок, чтобы не создавать много шума.

Знал, куда идти. И шёл. А внутри всё трепетало. Ведь магия — сложная штука, и никогда нет уверенности, что всё получится наверняка.

В меня полетело мощное проклятье. Я не увидел, а почувствовал его. Сердце на миг остановилось.

Вытянул руку и прищурился. Хорошо, что никто не видел того, что написано на моём лице. Ведь даже самые сильные способны переживать. Это был не страх, а ожидание боли. Я был готов умереть в любой момент…

Но вместо мучительной смерти проклятье остановилось у моей руки. И я втянул его в себя.

Фух, получилось.

Я шумно выдохнул, осознавая, что сделал. И пошёл дальше.

Но теперь уже под градом проклятий, что летели в меня абсолютно со всех сторон. Да и сама тьма была проклятьем, что ждало активации от своего создателя.