\

— Оставьте мне по одному пирожку каждого вида! — попросил я.

— Постараемся, — ответил Нурлан и потянулся к тарелке, которую только что поставили на стол.

Через секунду последний пирожок с мясом утащил Ленц. Эх, надеюсь, что тесть оценит мою жертву.

Мы зашли в комнату Светы, и Аркадий Викторович возвёл над нами купол тишины. Видимо, вопрос серьёзный.

— Сергей, помните мою записку, где я просил подумать над одним очень деликатным вопросом?

— Помню.

Сложно было забыть, поскольку тесть пришёл ко мне посреди ночи с просьбой, которую не смог озвучить вслух. Я кивком обещал подумать, после чего записка сгорела.

— Время пришло. Я понимаю, что дело крайне рискованное, но не могу отделаться от этой идеи. Скажите, какое вы приняли решение?

Глава 9

Сложное решение

— Аркадий Викторович, почему вы обратились ко мне, а не к знакомому магу смерти? Это же их профиль.

— Проклятьями лучше вас никто не владеет, Сергей. Раз вы смогли убить Тёмного бога, то и сможете разобраться с тем, что он наворотил.

Впервые на моей памяти тесть продолжал общаться на «вы», когда мы оставались наедине.

— Насколько я понял, имело место смертельное проклятье. Тогда душа вашей жены уже давно в мире мёртвых. А как вы помните, смерть ничего не отдаёт просто так. Даже если мы найдём её душу, как у меня получилось это с Мариссой, то не факт, что сможем устранить последствия. Как мне известно, у смерти очень больная фантазия.

— Не совсем так, Сергей. Душа моей жены осталась в камне. В статуе, в которую обратилось её тело после рождения Светланы. Все думают, что это работа какого-то великого скульптора, а на самом деле это и есть её тело. Я скрыл правду от всех, оставив лишь себе её ношу.

— Вы помните, что и моя мать была камнем. Но то было родовое заклинание. Совсем другое. Понимаю, почему вы ко мне обратились, но в вашем случае заклинание создавала душа, сама сотканная из заклинания. Простите, что повторяюсь, но тут уже нет источника, который можно нейтрализовать.

— Поэтому камень больше никто не защищает. Проклятья нет, а последствия остались.

— И наш знакомый призрак подсказал вам, как обратить камень плотью? — переспросил я, поскольку в записке тесть намекал именно на знания из тайной библиотеки императора.

— Именно так.

— Записи у вас с собой?

— Конечно!

Князь Нерпов достал из внутреннего кармана пиджака свёрнутый лист бумаги и протянул мне дрожащей рукой.

Я открыл и прочитал. Это была рунная схема с пояснениями. Но совсем не по моему профилю…

— Здесь много ошибок. Это недопустимо для рун, — покачал я головой, размышляя, как правильно интерпретировать написанное.

Было много незнакомых символов. Либо это они так нарисованы, что совсем не разобрать."

"— Три дня переделывал под руководством этого садиста, — выдохнул князь.