\

Трактат жил полноценной жизнью, поэтому и нашёлся в этот раз в совсем необычном месте. А именно: в ванной.

Маша бережно омывала книгу мокрой тряпкой. А Морф хихикал, словно это была прелюдия.

— Хватит соблазнять служанок, — сказал я ему сразу, как вошёл.

Причём это всё происходило в моей ванной комнате, которую Акула любезно предоставила трактату. Да, эта наглая книга могла находить общий язык с кем угодно, если это было выгодно.

Маша покраснела и вздрогнула от моего появления. Поэтому через миг Морф упал в ванну, наполненную водой сантиметров на десять.

Трактат начал пускать пузыри в попытке что-то сказать, будто у него были лёгкие.

Это было забавно только первые пару минут, поэтому я спешно поднял Морфа из ванной.

— А почему с тебя кровь не стекает? — спросил я.

— Всё своё держу при себе, — горделивым тоном ответил трактат.

— А тебе разве мыться можно?

— Нужно! Коже и костям пропитаться водичкой раз в год не повредит.

— Ладно, а душу когда очищать будешь? — усмехнулся я.

— Что? Это ещё зачем? — Морф сощурил свой единственный глаз.

— Ну как зачем? В новое тело надо с чистой душой. А твоя чернее ночи.

Морф вытаращил глаз. Красный зрачок расширился. А монструозные губы растянулись в улыбке.

Раньше я никогда не видел, чтобы трактат так искренне радовался.

— Тело? Где моё новое тело? Я хочу скорее переместиться в него, — затараторил Морф.

— Надо бы средство смыть, — осторожно предупредила Маша. — А то могут пятна на страницах остаться.

— Да плевать! Пусть остаются! — радостно закричал Морф.

Маша вопросительно посмотрела на меня, а я кивнул, отпуская её.

Завернул мокрую книгу в полотенце, чтобы не намочить костюм, и под радостные возгласы Морфа пошёл в гостиную. Там меня уже ждал Влад.

Я положил руку парню на плечо и перенёс его в поместье. Там слуги уже должны были все подготовить. В частности — передать отцу записку, чтобы наложил на одну из камер маскирующее заклинание.

Мы с Морфом и Владом спустились в темницу, и я слегка улыбнулся. Иллюзию наложили в лучшем виде. И если не проводить магическую диагностику, то её так просто не обнаружить. Но Морф был настолько рад новому телу, на которое таращился единственным глазом, что не замечал подвоха.

— Скорее! Мне не терпится снова почувствовать ноги! — кричал Морф, смотря на неподвижного мага смерти.

Как сказал князь Мышкин, оцепенение будет действовать ещё сутки, потом он начнёт сопротивляться.

— Подожди, это тело точно подходит? Чтобы потом не было претензий, — сказал я.

— Точно-точно! Ну, разве что давай посмотрим, что у него в штанах.

— Обойдёшься, — фыркнул я и обратился к Владу. — Начинаем ритуал.

Дверь камеры для магов отворилась, и я вывел оттуда пленника.

Оставил его возле второй камеры, на которой была наложена иллюзия.