\

— А, кстати, об этом… — улыбка резко исчезла с её лица. — Они почувствовали меня, поэтому пришли именно сюда. Прости, что из-за меня пострадал твой мир.

— Это мелочь по сравнению с тем, сколько душ они бы погубили, окажись в лицевом мире, а не на изнанке.

— Ты прав. И я хочу, чтобы ты знал, никто из тотемов не забудет твою жертву.

Я кивнул. Больше мне нечего было на это ответить.

— Я вернусь в свой мир, но буду ждать твоего приглашения, Проклятый бог, — сказала напоследок Акула.

— А я обязательно тебя позову… Только твой замок будет восстанавливаться в последнюю очередь.

Она рассмеялась, и я вместе с ней. Мы оба знали, что замок — мелочь по сравнению с тем, чего удалось достичь нам обоим за этот длинный путь.

Акула ушла в свой мир, а я отправился домой. Хотел обрадовать отца тем, что всё закончилось.

Нашёл его в своём кабинете, перебирающим бумаги.

— Сергей, тебе бы переодеться, — намекнул он на то, что от моего костюма остались обноски.

— Это не важно, отец. Мы победили.

— Знаю, — он оставался серьёзен. — Мне теперь нужно столько бумаг подписать об исполнении договора. А ещё из имперской канцелярии звонили, и теперь я весь на нервах.

— Чего хотели? — насторожился я.

Только проблем с императором нашему клану не хватало.

— Тебя пригласили в Москву на встречу с императором, повода не назвали. Но секретарь намекнула, что лучше тебе явиться в ближайшее время.

— Составишь компанию?

— Да. Можем отправиться сутра, когда ты отдохнёшь.

Я совсем не чувствовал себя уставшим. Но был вынужден согласиться с отцом, ему пока рано знать о том, что от его сына мало, что осталось.

— Хорошо. Я переночую в академию и вернусь к утру, — пообещал я."

"Теперь на лицевой стороне мне было неуютно. Отовсюду слышался голос тотемов. Как же много богов на один мир. Они ведь скоро увидят во мне конкурента. Не забудут ли тогда они о своей благодарности?

— Не опаздывай, сын. Нельзя заставлять императора ждать.

Глава 24

Награды и последствия

По возвращении в общежитие академии меня встретила Света. Так крепко она ещё никогда меня не обнимала.

— Живой! Я так переживала, — призналась девушка.

— Да, всё хорошо.

Мы находились в гостиной, которая была соединена с кухней. Холодильный шкаф-артефакт был открыт нараспашку, и там слышалось копошение и жевание. А потом и вовсе сорвалась полка.

— Ленц! Ты же нам еды не оставишь! — прикрикнула Света на оборотня, который уже вернулся в облик ящерицы.

Из холодильного шкафа раздалось жалобное мяуканье, словно оборотни не поделили палку колбасы.

— Моя. Твоя слева, — слова Ленца звучали так, словно он говорил с набитым ртом.

Света нахмурилась. И судя по виду радость от моего возвращения быстро сменилась злостью на расхитителей еды.